Стыдливость — Карта знаний

Эта статья была первоначально опубликована в журнале «Биоэнергетический анализ, 2022 (n. В журнале Международного института биоэнергетического анализа. Перевод финансировала Международная программа обучения биоэнергетическому анализу. Москва.

Аннотация

Биология и энергетика стыда позволяют нам отличить стыд от вины и смущения. Стыд — это реакция на межличностную травму. Конкретное изучение его корней в раннем детстве, особенно нарциссизма. Исследование гендерных различий в феномене стыда и того, как люди реагируют, сталкиваясь с ситуациями, когда их заставляют испытывать стыд. Исследование рассматривает значение стыда как препятствия для лечения последствий сексуального насилия. Динамика ненормальности и стыда обсуждается в заключительных замечаниях.

Ключевые слова: стыд, нарциссизм, сексуальное насилие, гендер, девиация, биоэнергетический анализ

Введение

Около 40 лет назад я впервые осознал, что испытываю стыд. По словам моего психотерапевта, это была не подлинная эмоция. Родители использовали его, чтобы обмануть своих детей. Его не лечили и не теоретизировали. Основное внимание уделялось страху, гневу и печали, а стыд не рассматривался как сопутствующая эмоция. Возможность выступить с основным докладом на конференции[1], посвященной стыду, была для меня очень волнительной.

Определение стыда

Вина — это чувство, что вы сделали что-то неправильно; стыд — это чувство, что вы сделали что-то плохое. Что касается стыда, то это чувство, что вы неправы, плохи, отвратительны. Стыд и гнев могут разрушить отношения ребенка с родителями, тогда как вину можно вернуть через искупление и прощение. От стыда невозможно избавиться: что бы вы ни делали, он не исчезнет. Событие уже произошло, вы стоите перед всеми и не можете скрыть, кто вы на самом деле и почему вас так отвергли.

Стыд и вина могут ощущаться одновременно в одних и тех же обстоятельствах. Если человек совершил ошибку, искупил ее и все равно чувствует себя плохо, это означает, что он все еще испытывает стыд. Стыд не исчезает от извинения, потому что вина не в поступке, а в самом человеке. Стыд скрывает неосознанный иррациональный страх быть отвергнутым. Например, Адам и Ева устыдились своей наготы и были изгнаны из рая. Эдип также был изгнан из своего дома. Стыд скрывает страх, что родители, учителя, супруги, все те, кто важен для нас, бросят нас с отвращением.

Биология стыда

Реакция смущения — это естественная биологическая реакция, врожденная при рождении. Несколько теорий (Darwin, 1872, 1979; Nathanson, 1986) утверждают, что смущение и стыд могут влиять на сердечно-сосудистую систему. В частности, считается, что в состоянии стыда кровеносные сосуды расширяются, возможно, из-за гормональной реакции. В отличие от тревоги, гнева, страха, волнения и т.д., которые больше связаны с лицевыми мышцами и быстро проходят, стыд длится гораздо дольше, прежде чем субъект возвращается в нормальное состояние духа. Говорят, что стыд быстро сгорает и медленно гаснет (Nathanson, 1986, p. 26).

Первой реакцией человека, когда он чувствует, что попал в беду, является смущение — он краснеет, сердце бьется быстрее, кровь приливает к капиллярам. Когда реакция углубляется и переходит в стыд, в осознание того, что вы плохи, рефлексом становится желание спрятаться, повернуть голову, опустить глаза, ссутулиться, обвиснуть всей верхней частью тела. Это похоже на шок: блуждающий нерв возбуждается, вызывая падение кровяного давления и сердечного ритма. (Resneck & Kaplan, 1972) У тех, кто испытывает стыд, обычно краснеет лицо, им может быть жарко, они могут хихикать, чувствовать себя глупо и даже испытывать головокружение (Resneck & Kaplan, 1972). Депрессивный человек чувствует стыд. Хотя ничто не мешает крови течь по капиллярной системе, основными чувствами стыда являются холод и одиночество, самость отвергается, и человек чувствует себя не в своей тарелке.

Застенчивость биологически обусловлена тем, что провоцирует смущение и стыд. Во время приема пищи, испражнения и взаимодействия с другим животным животное подвергается риску. Такие действия сопровождаются некоторыми социальными табу, определенным поведением и беспокойством о личной жизни. Прятки — это реакция на потенциальную опасность, и поначалу стыд — это реакция на желание спрятаться. Будучи вынужденным иметь дело с тем, что он хотел бы скрыть, когда ему стыдно, он уходит в себя. Возьмем историю Адама и Евы. Осознав свой грех, они попытались прикрыть свою наготу, чтобы избежать изгнания из рая.

Шнайдер (1977, с. 30) делает замечание, что Дарвин и Эллис упустили третью фундаментальную реакцию, помимо страха-бегства и агрессии-гнева: сокрытие-неподвижность. При выражении стыда человек избегает смотреть, закрывает лицо, краснеет, опускает голову и хочет «провалиться сквозь пол». В своем докладе 2022 года Рулофс утверждает, что такая реакция не является необоснованной. Поскольку животные редко замечают неподвижные объекты во время охоты, их неподвижность значительно повышает их безопасность. Замораживание и прикидывание мертвым некоторых животных, таких как птицы, ящерицы и опоссумы, было хорошо задокументировано. В биологическом смысле они находятся в состоянии шока, их сердце бьется реже, а глаза не моргают, но как только угроза миновала, они «просыпаются» и бегут со всех ног.

Если нам стыдно, мы впадаем в состояние шока, вся кровь оттекает от поверхности тела, и мы не в состоянии думать. Люди иногда удивляют меня, представляясь по имени. Несмотря на все мои усилия, я все равно не могу понять, что со мной происходит. Часто у меня нет времени разбираться с этим, когда все закончится; это привлекло бы внимание к той стороне меня, которую я хочу скрыть, поскольку быть уязвимым — это не то, что я хочу демонстрировать.

Стыд и взгляды

Ку-ку, я вижу тебя», — тело ребенка расслабилось, когда он увидел ее вновь появившееся лицо. Какой ты чудесный малыш, — пробормотала она и посмотрела на вас своими живыми глазами. Какой ты замечательный. Как я счастлива видеть тебя». Он смотрит в глаза матери. Там он видит прекрасное, чудесное отражение самого себя. Дети должны узнать, каковы они сами, по отражению тех, кто на них смотрит. Как отражение восхищения, ласка обозначает границы тела ребенка, чтобы он мог гордиться им (Kaplan, 1978, p.144).

Стыд ощущается и воспринимается глазами. В тот момент, когда Эдип осознал совершенный им грех, он выколол себе глаза и ушел из дома, оставив свою семью. Дети и родители быстрее всего устанавливают контакт через глаза. Исследователи подробно изучили влияние зрительного контакта между матерью и ребенком на его дальнейшее эмоциональное и интеллектуальное развитие (Stern, 1977, 1985). Как утверждает Робсон (1967), привязанность формируется через взгляд в глаза друг другу. Эти взгляды кажутся такими же важными для ребенка, как сосание или пребывание на руках, и являются частью фундамента для формирования крепкой связи между матерью и ребенком. Через глаза стыд может быть получен и воспринят в раннем возрасте.

В книге «Демос» (1986) Троник описывает свои эксперименты с «неподвижным лицом», в которых взаимодействие матерей с их трехмесячными младенцами снималось на видео, а затем анализировалось в замедленной съемке. Для начала мать просили вести себя нормально, сидя лицом к лицу со своим ребенком. Когда они смотрели друг на друга, замедленное воспроизведение показало глубокий взаимный интерес. Затем мать попросили выйти из комнаты на несколько минут, а когда она вернулась, сесть напротив ребенка, не делая никаких выражений лица.

Через несколько секунд ребенок начал делать выражения лица, пытаясь вовлечь свою мать в их обычный тип взаимодействия. В зависимости от поведения ребенка, он демонстрировал одну из двух моделей поведения. Одни дети горько плакали, другие сползали в своих креслах, внезапно теряли мышечный тонус, опускали голову и отворачивались от матери. Психолог Демос считает, что дети проявляли первичную эмоцию стыда.

Наши клиенты часто не выражают реакции стыда, или мы неправильно интерпретируем их чувства, говоря: «Вы устали, вам нужно стряхнуть их», или мы отмахиваемся от их чувств, не желая разжигать боль в себе. Посылать и принимать энергию через глаза — одно из упражнений, которым я обучаю своих клиентов. Некоторые клиенты прячут лицо, чтобы не смотреть на меня. Я прошу их посмотреть на меня, посмотреть на меня.

» Маска» [2] изображает Шер в роли матери мальчика, лицо которого обезображено болезнью. Удивительно, каким красивым он себя считает, несмотря на свою отталкивающую внешность. Шер всегда смотрит на него любящими глазами. В подростковом возрасте его сверстники формируют свое мнение о нем, основываясь на его уродливой внешности. Мужчина перестает считать себя красивым, менее, чем заслуживает любой другой человек.

Подростки часто испытывают чувство стыда, потому что хотят быть принятыми своими сверстниками. Для полноценного развития им необходимы социальные контакты вне семьи. Они чувствительны к отказу и очень остро его ощущают, но если это происходит, то стараются скрыть чувство унижения. Наши клиенты также пытаются выполнять задания по развитию. Мы поощряем их выйти из зоны защиты, вернуться в прошлое и пережить травму, которая вызвала защиту. Они смотрят на нас, терапевтов, чтобы услышать нашу реакцию. В это время, когда неодобрение или критика их чувств может заставить их пожалеть о том, что они позволили себе открыться, они особенно уязвимы. Они могут решать сами: «Я слишком сильно проявила свою чувствительность, свою сексуальность, свою печаль, то, что мне нужно, свой гнев или страх. Я снова совершил ошибку, я показал «слишком много», это моя ошибка. Конечно, они не могут поделиться с вами этим опытом, потому что не хотят быть униженными еще больше. Вместо этого они закрываются, делают вид, что все в порядке, но импульс потерян, движение остановлено.

Терапевту необходимо знать о реакциях стыда, чтобы не переборщить, когда клиент не может о них рассказать. Мы можем даже не осознавать все способы, которые мы используем, чтобы скрыть стыд, ведь это такое глубокое переживание. В рамках телесной терапии, которую я практикую, биоэнергетики, нас поощряют снимать защиту — по сути, делать вещи, которые противоречат нашим лучшим суждениям. Терапевты должны быть чувствительны к реакциям, вызванным стыдом, потому что они не могут разделить эту эмоцию. В результате они могут попытаться скрыть это чувство, чтобы не столкнуться с собственными недостатками.

Стыд и нарциссизм

Когда речь идет об отношении человека к самому себе, особенно в отношении своего имиджа, стыд играет важную роль. В своей простейшей форме нарциссизм — это чувство, что человек любит себя и восхищается собой. Самоуничижение, вызванное стыдом, — это кратковременное «разрушение» эго. Нарциссизм широко рассматривается как защита от ненависти к себе как в психоаналитической теории, так и в обыденной мудрости.

Для того чтобы иметь здоровую самооценку, необходимо уметь эффективно справляться с чувствами неадекватности, слабости, неполноценности и вины. Ребенок особенно уязвим для нарциссических расстройств в определенные фазы развития — с младенчества примерно до трех лет, а затем во взрослой жизни. Детям с нарциссическим расстройством не дают почувствовать себя такими большими, какими они могут быть в семье. Чувство стыда возникает из-за шока от того, что ваша ценность не была признана. Представьте, что предприимчивый карапуз обнаруживает, что он наконец-то может самостоятельно открыть дверь и греметь кастрюлями и сковородками, пока мама готовит ужин. Достижения ребенка раздражают уставшую и расстроенную мать. В разочаровании и отчуждении радость ребенка угасает. Вечером ребенок начинает ходить, и отец обнимает его в восхищении. Прежнее разочарование компенсируется, и нарциссическая травма исцеляется. Если тот же отец не обратил внимания, когда малыш упал, делая первые шаги, ребенок снова будет чувствовать себя униженным и опозоренным, делая первые попытки освоить новый навык. Ничего другого не остается, как дать шанс этапу проблем с самовосприятием. В период полового созревания даже ребенок, получивший адекватную поддержку, все равно может пережить глубокую нарциссическую травму, которая причинит ему боль, стыд и чувство отверженности. Я уже упоминал фильм «Маска» о мальчике, который получал адекватную поддержку со стороны матери и стал отвергнутым сверстниками. Когда он понял, что уродлив, он перестал себе нравиться. У того, кто был принят друзьями в детстве, а затем отвергнут ими в подростковом возрасте, могут быть похожие проблемы. Эти дети, скорее всего, будут резко отвергнуты белой девушкой, с которой они пытались устроить свидание, или молодыми людьми, которые стыдятся акцента своих родителей, своей религии или своих родителей-алкоголиков.

Нарциссическая уязвимость и стыд чаще всего возникают в семье. Семьи, провоцирующие стыд, бывают двух типов. На представлении девушка исполняет танец. Обычно остальные члены семьи гордятся ею. Но если она слишком долго будет носить в себе свой триумф или воображать себя профессиональной балериной в танцевальном коллективе, семья начнет напоминать ей, что впереди ее ждут долгие годы упорного труда и тренировок, прежде чем это произойдет, и вернет ее в рамки нарциссических ограничений. Семья, которая слишком охотно празднует успех своего ребенка, вместо того чтобы помочь ребенку развить реалистичную самооценку, но превращает ребенка в нарциссическое продолжение себя, своих мечтаний и фантазий, приводит к тому, что люди смеются над ребенком за пределами семьи. Дети, чьи семьи не ограничили их значимость, будут пытаться «урезать ее», а если это не сработает, они могут отвергнуть его и не разговаривать с ним. Когда ребенок защищает себя, он создает фантазию о том, что он «особенный», и будет защищаться от воздействия внешнего мира, используя свою собственную нарциссическую конструкцию. Представьте себе семью с низкой самооценкой и историей проигрышей. Если один из членов семьи вдруг достигнет настоящего успеха, его заставят чувствовать себя пристыженным. В результате мощной техники пристыживания они не хотят, чтобы кто-то чувствовал себя выше других, тем самым уменьшая свое ощущение незначительности.

Защитные реакции на стыд

Помимо всего прочего, постоянно повторяющееся переживание стыда имеет тенденцию «разъедать» нормальный уровень самооценки. Хотя стыд и нарциссизм связаны между собой, это отдельные понятия. Неправда, что люди, страдающие нарциссизмом, страдают от стыда. Поскольку многие люди, склонные к нарциссизму, окружают себя непробиваемой защитой, они становятся неуязвимыми. Травма, полученная ребенком, когда его постоянно унижают, стыдят и унижают, может привести к формированию механизмов самозащиты. Подобная нарциссическая стена не одобряется Фрейдом. Для того чтобы контролировать спонтанное поведение ребенка, родитель ритуализирует его. Сдерживая и скрывая свое эго, он публично демонстрировал только те части своей личности, которые считал приемлемыми. Когда люди сталкиваются с такими болезненными эмоциями, как стыд, они склонны проецировать гневные обвинения на доступных козлов отпущения. Таким образом они могут вернуть себе чувство контроля и превосходства, но в конечном итоге это часто оказывается слишком дорогостоящим.

Не осознавая стыда, человек может заменить его другой эмоцией, полностью игнорируя стыд. Человек, которому стыдно, но он отказывается это признать, может разозлиться на кого-то другого, которого затем использует в качестве козла отпущения, вместо того чтобы взять на себя ответственность. Злиться удобнее, чем стыдиться. Однако замещение — это форма самообмана: оно облегчает страдания и уменьшает дискомфорт, но не меняет чувство, по крайней мере, не сразу. Стыд отвлекает нас от сил, действующих вокруг нас и внутри нас, когда мы не актуализируем другие эмоции.

Важность понимания этой концепции невозможно переоценить. Первоначально в биоэнергетике гнев располагался под стыдом и должен был быть освобожден. Это может быть связано с тем, что стыд — это состояние шока, и что после освобождения и из вялости/бездействия начинается сопротивление/бегство. Человек может скрывать или отрицать свои чувства, чтобы предотвратить отвержение, чтобы не потерять отношения, которые жизненно важны для его благополучия. Это можно рассматривать как вариант эскапизма. Однако мы также можем реагировать гневом и агрессией в качестве ответной реакции. Защищая себя, мы можем определить боль и уязвимость, лежащие в основе нашего гнева. Таким образом, после того как шок пройдет, и будет достаточно поддержки, мужества и уверенности в себе, мы сможем разобраться в том, что произошло.

Стыд и культура

Работа, которую я написал о стыде, называется «Мужчина, женщина и стыд». В ней я рассматриваю, как культурно закрепленные представления о том, что такое хорошее и приемлемое поведение, влияют на самовосприятие человека, ведь именно из-за культурных различий и различий в воспитании детей разного пола мужчины обычно стыдятся, проявляя уязвимость или чувствительность, а женщины стыдятся своей сексуальности. Эта тема не требует повторения, потому что с тех пор прошло полтора поколения, и она, безусловно, осталась в прошлом. Но Дональд Трамп — благодаря своей привычке хвастаться — заявил, что поскольку он белый мужчина с властью, ему позволено приставать к любой женщине, которую он захочет. Я видел, как он подкрался к Хиллари Клинтон во время дебатов и навис над ней в манере, которую Питер Левин назвал позой хищника.

Помимо того, что женщины стыдятся своей уязвимости и нужды, они стыдятся своей сексуальности, потому что мальчиков и девочек поощряют и стыдят за разное поведение. В нашей культуре считается, что все мужчины глубоко стыдятся всего, что связано с нуждой, уязвимостью и беспомощностью. Реакцией мужчины на попытку пристыдить его обычно является защитный гнев или отказ. С самого детства Дебора Таннен изучала взаимодействие между девочками и мальчиками. С самого раннего возраста девочки старались поддерживать ровные отношения, в то время как мальчики занимали позицию ниже/вышестоящего. Очевидно, что если ошибку приписывают мужчине, значит, он совершил какую-то ошибку. Вы неполноценны, если признаете, что совершили ошибку. Это значит, что вы должны обвинить того, кто на нее указал. Человек чрезмерно требователен/ленив, эмоционально неустойчив/ленив, критичен/ленив, соблазнителен/ленив. Он становится неполноценным, чтобы сказать «прости». В результате он злится, мешает ей, унижает ее.

Исследования реакции пациентов на операцию показали, что у женщин она была целебной, т.е. у тех, кто ее перенес, было более низкое кровяное давление и меньшая тревожность как до, так и после операции, чем у тех, кто ее не перенес. Что касается мужчин, то их опыт был разочаровывающим. У них повысилось кровяное давление, усилилась тревожность, а реакцией на операцию стало повышение и того, и другого. Исследователи объясняют разницу в данных между полами тем, что «.в США мужчинам часто труднее признаться в зависимости и страхе, поэтому, возможно, операция является болезненным напоминанием об их уязвимости». Что касается маленьких мальчиков, то им не разрешается поддерживать столь тесный физический контакт со своими матерями (Moses, 1967). «В США девочки получают больше чувственных прикосновений (поцелуи, объятия, держание за руки), чем мальчики» (Thayer, 1988, p. 32).

Мужчина испытывает гнев к своей матери, потому что она была его первой любовью, держала его в своих объятиях, научила его, что такое тепло и нежность. Затем она лишила его этого, сказав, что большие мальчики не плачут, что их нельзя обнимать и ласкать. Его унижение вызвано ее властью. Поэтому ему нужно отомстить. Он обесценивает ее любовь, копируя своего отца, который, очевидно, обладает величайшим умением манипулировать людьми, потому что контролирует все — идеи и деньги. Это его обязанность — научить сына не плакать, не скрывать, что ему больно, оставаться сильным и не подводить его, быть независимым.

Он научил сына сопротивляться власти матери, унижая ее, держа ее на расстоянии и лишая ее субъективности. Находясь рядом с ней, он по-прежнему испытывает желание любви, сексуальности и привязанности. Чтобы подавить их, он должен избегать доверия к собственному разуму и телу. Поэтому он приписывает ее постыдные чувства себе, обвиняя ее в своих желаниях. Поскольку он чувствует себя уязвимым и незащищенным, он восстает против ощущений собственного тела. Женщина уязвима, когда испытывает эти телесные ощущения. Она провоцирует чувства своим соблазном. В целом, он боится эмоций, властных телесных ощущений и сильных эмоций в целом. Единственный способ справиться с этим — стать супермачо или интеллектуалом, который объясняет каждую эмоцию, полагая, что если он объяснит ее, то сможет ее контролировать. Его цель — контролировать свои эмоции, которые лежат в основе уязвимости, по отношению к себе и к другим.

Оба этих защитных механизма приводят к разным типам эмоционального поведения. Мужчины-«супермачо» проявляют агрессию и пытаются контролировать других, но при этом сами остаются неконтролируемыми. Одной из самых естественных, спонтанных реакций является ярость, и ее часто считают симптомом стыда (Kaufman, 1985, p. 74). Его ярость направлена не на жену, а на собственную потребность в близости и нежности. Можно также стать рациональным, стать строго рациональным и пытаться контролировать других.

Несколько лет назад я работал с пятидесятилетним мужчиной, который страдал нарциссизмом и был зажат между стереотипом мужественности, сложившимся в культуре, его потребностями и его представлением о себе. Ему не удавалось построить длительные и значимые отношения с женщиной. Свои мазохистские фантазии он реализовывал, снимая проституток и употребляя огромное количество кокаина, вместо того чтобы встретить женщину и встречаться с ней. Иногда у него возникали сильные чувства к проститутке, и он боялся, что она может надругаться над ним. Помимо работы над проблемами переноса, он хотел пройти терапию с женщиной, к которой испытывал сексуальное влечение. Его прежний терапевт был перегружен проблемами сексуального переноса, и через некоторое время его направили в группу, а затем к мужчине-терапевту. Терапевт и клиент чувствовали, что его проблема с женщинами не может быть решена, поэтому они направили его ко мне для индивидуальной терапии.

Шесть лет назад отец клиента сказал ему, что его обязанность — заботиться о матери и сестрах. Поскольку отец большую часть дня находился на работе, он не особенно стремился к общению дома. С 6 до 9 лет клиента мучили кошмары о том, что на него напал Франкенштейн. Терапевт помог ему пережить страх и ярость отца, которую он никогда не выражал, но видел в его глазах. Идентифицируя себя с отцом, он думал о нем как о монстре, который хотел причинить ему вред. Кроме того, он начал воспринимать себя как Франкенштейна, которого контролируют чужие представления о нем и другие образы.

После биоэнергетического анализа у него появилась тяга к матери. Всякий раз, когда он разражался слезами, вся его передняя часть казалась напряженной. Мальчик колебался между желанием показать, что она действительно любит его — пиная матрас — и неверием в то, что родительница может так поступить с ребенком. Я видела, как он посмотрел на меня, и, увидев мое участие в этом деле, он почувствовал глубокий стыд за то, что потерял свою мужественность, мое уважение и свою сексуальность в этой интрижке. Его самокритика начиналась с того, что он называл себя дураком за то, что ему нужно что-то вроде участия. В некоторых случаях, выплеснув свой гнев на мать за то, что она отказала ему в том, чего он так отчаянно хотел, он чувствовал себя бессильным повлиять на нее. Затем он соблазнял меня самым сексуальным, самым соблазнительным способом. Воспроизводя обращение своих родителей, он расстраивался, что теряет свою мужественность из-за потребности в заботе и ласке, а затем пытался удовлетворить свою потребность в виде соблазнителя. Даже если ему удавалось добиться нежности для себя, ему казалось, что он лишен области таза и сексуальности в целом. Он испытывал разочарование, когда пытался удовлетворить свои потребности с помощью шлюх. Когда человек состоял в отношениях с женщинами, ловушка опекуна заманивала его в ловушку, как это было с его матерью и сестрами, а жить одному означало остаться без мужественности и без удовлетворения эмоциональных потребностей. Я понимаю, почему он так и не нашел женщину для свидания!

В отсутствие открытой тазовой области он чаще проявлял сексуальную агрессию и гнев, чем более спокойные чувства. Он чувствовал себя мужчиной, когда проявлял агрессию. После того как он начал, его таз раскрылся. Энергия переместилась в его грудь. Возникла злость на родителей за то, что они отвергли его, а также боль и тоска. Стыд и неуверенность в том, является ли он «настоящим мужчиной», охватили его. «Настоящие мужчины» не плачут. Они добиваются своего с помощью силы и агрессии и не мучаются от тоски по нежности и товариществу. После этого он старался создать мужской образ безразличия и соблазнительности.

Более того, отец оставил ему фотографию человека, который ухаживает за женщинами. Но там не было никаких конкретных эмоций или потребностей. Женщины могли питать все эти чувства, потому что они были женственны. Таким образом, в своих мазохистских фантазиях он обычно представлял себя женщиной, неспособной позаботиться о себе, надеясь на поддержку и признание. Быть женщиной может также означать быть оскорбленной, использованной или бессильной. Поэтому он мог предаваться своим фантазиям с проститутками до тех пор, пока не начинал бояться, что они овладеют им и причинят ему вред. Когда он не получал базовой нарциссической поддержки от своих родителей, он проектировал способ удовлетворения этих потребностей на основе известных ему культурных стереотипов. Она — слабая, пассивная и любящая, тогда как мужчина — сильный, сексуальный и бесчувственный.

Имидж женского тела, сексуальность и стыд

По сравнению со своим братом девочка немного отличается. Она слышит биение двух сердец — своих родителей. Помимо сердечных чувств и заботы, поощряется игра в куклы и объятия, но естественная агрессия и самовыражение подавляются, что приводит к мягким, ласковым голосам, детским шагам и тихим играм.

Таким образом, она воспринимает своего отца иначе, чем брата, но как человека, которого тоже нужно любить. Она не может полагаться на мать из-за укоренившегося в культуре образа матери. Как сексуальному объекту, ей внушают, что она должна контролировать свои страсти, иначе она потеряет контроль, превратится в животное, будет провоцировать мужчин на измену, изнасилование — или все превратится в порнографию. Она боится собственной сексуальности, своего мужа и собственной матери, потому что у нее нет денег, ее тело рыхлое, ее энергия зашкаливает, а сердце матери не открыто для нее, и поэтому она не может позволить своей дочери существовать. Когда ее дочь флиртует, она критикует каждое ее слово. Дочь, естественно, отворачивается от отца. Я надеюсь, что она хотя бы нравится ему. Она может пойти к нему, если он будет доступен, сердечен, дома. Она сможет выразить свои нежные чувства, свою потребность в ласке и даже обнять его, если он есть. Стараясь угодить ему, она стремится стать его лучшим другом. Она не похожа на свою мать тем, что не ворчит и не руководит. Он не унижает ее и всегда будет любить. Пока она остается маленькой девочкой и не высказывает мнения, отличного от его собственного, пока она не становится слишком упрямой и своевольной, он будет любить ее.

Если отец слишком холоден и замкнут, ребенок все равно пытается очаровать его, чтобы не вызвать его гнев, пытается освоить волшебный трюк, который привлечет его внимание, становится экспертом в улавливании эмоциональных сигналов, исходящих от других, оставаясь при этом вне контакта со своими собственными эмоциями и потребностями.

Он может даже не присутствовать. С ростом числа разводов и неполных семей, а также устоявшейся традицией, согласно которой отец проводит все свое время на работе, большинство образов отцов и мужчин в целом формируются на основе тех, которые дает телевидение, книги и фильмы. Таким образом, дочь использует культурно закрепленные образы для создания идеализированного отца, которому она хочет угодить. И снова она пытается стать лучше своей матери. Она ведет себя вежливо, очаровательно в надежде, что сможет удержать своего мужчину и не быть униженной и отвергнутой им, как ее мать.

По мере роста ее тело начинает приобретать округлые, более мягкие формы, а также увеличиваться в размерах. Чувства бурлят внутри. Чернин описывает, как начинается расцвет девочки-подростка:

» Попробуем описать, как она с восхищением смотрит на себя в зеркало. Глядя на формирующуюся грудь, округлившийся живот и расклешенные бедра, она осознает их сходство с матерью. Она расчесывает волосы и вставляет в них цветок, достает из ящика мамину помаду и наносит румяна на щеки. На нее наносят духи, накидывают на плечи шарф, и она танцует, ее руки поднимаются вверх, живот подтягивается. Она никогда раньше не видела этого танца, но ее тело интуитивно знает его движения так же, как однажды она узнает, как стать матерью, и приведет ее к знанию и нежности, с которыми она будет заботиться о своем ребенке, ее тело теперь изгибается, больше не пытаясь познать себя через изучение своих импульсов, но получая информацию из прямого источника своей силы, из чувственной энергии танца. Когда дверь открывается, девушка оборачивается, испуганная и счастливая одновременно, опасаясь, что то, что она чувствует, может быть обвинением, но с тем же рвением поделиться новым удовольствием, которое она открыла в своем собственном теле. С улыбкой на губах, исполненной невинности, она делает шаг к нему, продолжая танцевать. Мой старший брат, мой отец, мой дядя приехал в гости на эти выходные. Затем, неправильно истолковав это, он сам тянется к ней, думая, что это попытка соблазнения. Ей становится стыдно, поскольку он уходит, бросив через плечо несколько сомнительных выражений, встревоженный. Осознавая, что это открытое тело может быть опасным или отвратительным, он оборачивает ее полотенцем. Возможно, он дико выходит из-под контроля, охваченный желанием, страхом и яростью своей пробудившейся первобытной природы. Я бью ее по лицу, трясу за плечи и говорю, чтобы она занялась воспитанием своей дочери» (Chernin, 1981, p. 158-159).

Теперь ее роль папиной дочки закончена. Все в нашей культуре учит, что женщина заслуживает презрения к своему телу. Ее вес колеблется между анорексией и булимией. Она изнемогает, ее не ненавидят как мать, и ее всегда любит отец. Стыд — это способ блокировать энергию таза, способ остановить все, что мешает любви, что оскорбляет того, кого любят.

Сексуальное надругательство над женщиной и стыд

Когда отец, брат или дядя не уходит, а использует девочку для своего удовольствия, он нарушает естественный излучатель энергии своего ребенка, который обменивается недифференцированной энергией между тазом и сердцем. Взрослый разрушает доверие и любовь ради удовольствия. Девочка перевозбуждена, ее тазовая область перегружена энергией, и она не знает, как ее контролировать. Во взрослой жизни такие женщины часто употребляют наркотики, алкоголь и снотворное, чтобы держать свой энергетический заряд под контролем. Волнение вызывает у них тревогу, опасность мешает им вступать в контакт, сердце разбивается, а печаль овладевает ими. Изнасилование ребенка взрослым, которого научили уважать, которому научили доверять, является предательством этого доверия.

При регулярной работе с клиентами мы сталкиваемся с тем, как трудно открыть область таза. Культура, в целом, учит людей не позволять себе возбуждаться и подавлять свои энергетические импульсы. То же самое произошло с одной клиенткой, с которой я ранее работала несколько лет. У нее была уплощенная грудь, как у орального типа, и белое мертвое пятно на пояснице над ягодицами. Там была сильная боль, и она также периодически чувствовала там напряжение. Даже после того, как ей открыли грудь и таз с помощью терапии, она все равно отказывалась заниматься сексом с мужем. После того как они с мужем вместе обсудили эту проблему, она поняла причину своей безответности.

Она находилась между двумя противоположностями. Она говорила, что боится, что муж посчитает ее холодной, потому что она отказывает ему, но, с другой стороны, его сексуальное возбуждение сводит ее с ума. Пока она говорила, меня поразило удовольствие, которое демонстрировал ее муж, глядя на ее руки, сжимающие колени. «Что происходит, когда ваш муж смотрит на вас?» спросила я. На что она ответила: «Я чувствую, что я шлюха». Побледнев, она начала рассказывать о том, как ее отец разговаривал с ней, когда она была подростком — с интересом и волнением, но при этом оба родителя говорили ей, что секс — это отвратительно и грязно. Вот где была зарыта собака. Вместо того чтобы с гордостью благословлять ее, родители внушали ей, что она грязная и плохая и должна это скрывать. Поэтому она не могла с готовностью удовлетворить возбуждение своего мужа и реагировала почти так же, как ее собственные родители — со стыдом и отвращением.

Мы, телесные терапевты, внимательно наблюдаем за тем, как потоки энергии, чувства ярости и страха влияют на сексуальное насилие. Благодаря своему опыту работы с сексуальным насилием я поняла, что основной вред от изнасилования — это стыд. Полвека назад в рамках своего обучения я проводила оценку клиентов в Центре здоровья Университета Висконсина. Большинство из них были из сельских районов Висконсина. Инцест был чрезвычайно распространен в этой местности. Меня удивило, что студентки в основном говорили о сексуальных контактах со своими отцами, дядями, братьями и кузенами. За психотерапией обращались по другим причинам. Однако их университетские однокурсники дали им понять, что это не так уж и распространено. Поначалу они испытывали смущение и тревогу. Более тревожным, чем сексуальный контакт, было смущение. Их самооценка была разбита вдребезги.

Как терапевты, мы должны быть очень осторожны при обсуждении сексуальности клиента, особенно если клиент пережил сексуальное насилие. Если не устранить стыд сейчас, у клиента может развиться чувство, что он плохой, и это может привести к саморазрушению: самопорезам, перееданию и наркомании. Терапевт также может подвергнуться нападкам, если он решит защитить себя негативным мнением. Плохой терапевт, вероятно, является тем, кто обнаруживает это чувство. Вот почему эта конференция так важна для повышения нашей осведомленности о факторах, вызывающих стыд, и о том, как мы реагируем на них.

Стыд и изгои

Как я уже упоминал в начале этой статьи, когда я впервые испытал стыд, он не считался настоящей эмоцией. Я все еще узнаю о стыде и сталкиваюсь с ним в своей повседневной жизни. Слышали ли вы когда-нибудь имя Джанет Бакнер? Я тоже этого не знал, пока не услышал об этой истории на Facebook. Вспоминая случай, который произошел 30 лет назад, она разрыдалась. Когда она была ребенком, чернокожим людям не разрешали плавать в общественном бассейне, за исключением одного дня до его очистки, потому что такие, как она, чернокожие люди, которые ничем не отличались от других, кроме своей расы, загрязняли воду, и их грязь нужно было смывать.

Запрет на купание чернокожих в общественных бассейнах был снят некоторое время спустя. Придя в бассейн, она начала плавать и услышала «ниггер». От одних этих слов она упала на дно и лежала там, пока кто-нибудь не помог ей. Она явно была в шоке.

Что-то в этой истории показалось мне очень знакомым. Я решил узнать о ней больше, поэтому поискал ее имя в Интернете. Первое, что я узнал, это то, что она была представителем штата Колорадо, а потом я узнал, что мы с ней родились в один год и что она родилась в Индианаполисе, штат Индиана. Я также был из самого большого города в этом штате. Когда я рос, евреям не разрешалось плавать в спортивных клубах, а в некоторых штатах существовали отдельные туалеты для евреев и неевреев.

Я был единственным еврейским учеником средней школы в сельской местности, расположенной в центре Библейского пояса. Как только Дональд Трамп стал президентом, должно было начаться насилие, еще один марш Ку-клукс-клана и т.д. Моей целью было спрятаться, найти убежище в каком-нибудь безопасном месте. Я понял, что нахожусь уже не в сельской местности Индианы, а живу в одном из самых прогрессивных и либеральных сообществ в мире, Санта-Круз, Калифорния. Тот факт, что я принадлежу к этнической группе, которая на протяжении большей части истории так презиралась и систематически геноцидировалась основной культурой, заставляет меня чувствовать себя неловко. Я хочу обсудить не только биологические и соматические корни стыда, но и стыд, который навязывается изгоям, например, ненависть к евреям и ненависть к гомосексуалистам. Мы все знаем изгоев разных форм и размеров. Кусочки, которые не вписываются в общую картину, — это кусочки головоломки, которые не подходят друг к другу». [4] Негры, обучающиеся на факультетах Лиги плюща; мальчик, вынужденный терпеть свою гомосексуальность в семье мормонов или евангелистов; или телесный психолог в окружении практиков, убежденных, что когнитивно-поведенческая терапия — единственная надежда. В моей собственной школе я была единственной еврейской девочкой, а мой лучший друг был единственным католиком — его родители иммигрировали из Италии. Один из моих клиентов — изгой; он иммигрировал из Северной Кореи и поступил в негритянскую начальную школу в Мичигане, когда учился в 4-м классе. Прозвище у таких девочек, как я, которые были коричневыми на вид (желтыми), но белыми по сути, было особенным. Нас называли ‘Twinkies’. Список можно продолжить — ниггер, косоглазый, еврей, Шейлок, грязный еврей, еврей, еврей, еврей[6], есть также прозвище для моего лучшего друга (итальянца), эти прозвища давались, чтобы мы все знали, насколько мы отвратительны. Всякий раз, когда я вижу кричащего и агрессивного еврея, я чувствую отвращение и хочу спрятаться. Мой клиент-гей, если он гей, обсуждает со мной свою гомофобию, свое желание стать гетеросексуальным, потому что геи сталкиваются с еще большей дискриминацией, чем евреи, и рассматриваются гораздо ниже женщин.

В каждом из нас живет изгой. Наши родители не соединились с этой частью нашей личности. Сидя с клиентами, я вижу, как они ругают себя за то, что были слишком требовательны, четко выражая свои желания, или за то, что были такими бесхарактерными, вступая в противоречие с реальностью жизни. Это повод стыдиться неподкрепленных потребностей, и мы считаем их ужасными. Наш терапевт стимулируется биоэнергетикой, которая помогает нам раскрыть наши скрытые тайны. Нам нужно быть бдительными, чтобы определить, скрывает ли клиент такие области, или они настолько глубоко его мучают, что он их прячет. Работа терапевта заключается в том, чтобы взращивать эти части «я». Вопрос о мужчинах и сексуальном насилии — это отдельный вопрос. Женщины — низшие существа, а значит, изнасилованный мужчина фактически является шлюхой, только мужской. Другой мужчина смог использовать его, чтобы доставить ему удовольствие, поэтому он не представляет ценности для самого себя. Представьте себе его стыд. Женщина, похоже, считает себя шлюхой, но я задаюсь вопросом, действительно ли она таковой является.

Заключение: исцеление от стыда

У стыда есть и другая, менее очевидная реакция. Я называю ее «голос отрицания». Эта тема возникла после моего выступления на конференции по биоэнергетике. Семинар по стыду я проводил за год до этого. Меня пригласили выступить перед инструктором после того, как я закончил обучение и стал сертифицированным тренером. Хотя некоторые из моих однокурсников гордились мной, другие завидовали.

Я начал говорить. Я сделал презентацию о духовности работы с человеком, предрасположенным к саморазрушению. Когда я закончил, я оглядел собравшихся и услышал, как падает игла. Тишина была жуткой, я была в ужасе. Поскольку я не мог придумать, что делать дальше, я спел еврейскую песню, и мой голос действительно прорезался. Стоячие аплодисменты приветствовали меня, когда моя подруга Джудит уводила меня со сцены. Все, включая моего мужа, моих друзей и меня саму, восторгались моим выступлением всю неделю. Это были худшие годы в моей жизни. Подобное событие вызвало тяжелую депрессию. Однажды, когда я ехала на велосипеде, я поняла, что у меня в голове идет постоянный разговор. Увеличив громкость, я обнаружил, что внутри меня сидит уличный хулиган. Зная, что я никогда бы не поступил так с тем, кто мне неприятен, я был шокирован тем, какие отвратительные вещи я говорил себе. Кроме того, я почувствовал сдавливание в груди и диафрагме. После этого я вдохнул, заполняя пространство воздухом. Голос пытался настаивать, но он уже потерял свою силу. После того рокового дня я понял, что голос активизировался после того, как я получил много одобрительного внимания, и что он возник из-за зависти старшего брата ко мне, которую я испытывал в детстве. Зная, что является спусковым крючком, легче оставаться начеку, поэтому, когда я возвращаюсь с вечеринки, где я получила много одобрительного внимания, я бдительно слежу за плохими эмоциями, которые могут последовать за этим, и готовлюсь к ним.

Увеличить объем.

Место в моем теле, где ощущается напряжение, когда я слышу этот голос?

Наполнять воздухом эту область.

Стал бы я так говорить с тем, кто мне не нравится?

Какая полезная информация содержится в голосе?

Второй способ борьбы со стыдом заключается в том, чтобы побудить клиента посмотреть на свои действия с точки зрения ситуации человека в целом. Самый эффективный способ исцеления от стыда — это ГРУППИРОВКА, особенно когда человек находится с теми, кто разделяет тот же опыт. Причина, по которой я сделал такой мощный скачок, заключается в том, что группы так популярны среди людей, чьи родители — алкоголики, кто подвергался сексуальному насилию в детстве, кто страдал от анорексии и булимии в подростковом возрасте. Члены таких групп могут рассказать о своем детском опыте отвержения и пряток, понимая, что другие в похожих обстоятельствах чувствовали себя точно так же и что это не их вина. Ребенок всегда винит себя в том, что он хочет не того, чего хочет, если он не получает поддержки или отклика, он виноват в том, что его совратили, так же как женщина виновата в изнасиловании. Человек, мучимый стыдом, слышит в группе истории других людей, похожие на его собственную. Человек обретает силу, помогая другому человеку избавиться от стыда, тем самым понимая, что его или ее не нужно ни осуждать, ни презирать, по крайней мере, они могут простить себя.

Когда я проходила исключительно сложный период биоэнергетической терапии — мой терапевт пытался открыть мое сердце, а моя сексуальность была заблокирована, — я присоединилась к группе африканских танцев. Пять или шесть мужчин сидели в передней части комнаты и били в барабаны, а женщины, очень чувствительные к ритму, двигали бедрами и плечами. Сначала я смущалась и стеснялась танцевать перед мужчинами. Мои плечи были словно деревянные, таз застыл и окаменел. Но постепенно, поощряемая улыбками других женщин (а затем и мужчин; долгое время я не могла смотреть в их сторону), я начала двигаться, танцевать, постукивать ногами, трясти плечами и бедрами. Внезапно я почувствовала, что могу свободно двигать своим телом, как хочу. Я начал делать шаги так, чтобы движение начиналось от бедер. Если кто-то комментировал, я улыбался и соглашался. Раньше я бы расчувствовалась, сдалась бы ему только потому, что он смотрел на меня. И теперь мне хотелось идти, и идти так, чтобы это соответствовало моим чувствам.

Перевод с английского языка Марии Ремизовой

Стыд: желание быть замеченным и потребность спрятаться.

Комментарии

Стыд отличают от вины и позора путем выяснения биологии и энергии стыда. Стыд — это реакция на рану в отношениях. Исследуются его ранние истоки в развитии, включая его связь с нарциссизмом. Подробно рассматриваются гендерные различия в стыде и реакции на стыд. Рассматриваются вопросы, связанные с восстановлением после сексуальных злоупотреблений, с акцентом на стыд как основного виновника в работе с сексуальными злоупотреблениями. Наконец, обсуждается динамика выбросов и их восприимчивость к позору.

Ключевые слова: Стыд, нарциссизм, гендер, сексуальное насилие, аутсайдеры, биоэнергетический анализ