ЛОЖЬ это

Представлен анализ динамики содержания феномена лжи (обмана) как стереотипического общественного и индивидуального феномена нравственной культуры социума. Автор рассматривает этот феномен в четырех направлениях. Во-первых, ложь и обман как константы человеческой жизнедеятельности. Во-вторых, ложь как специфика возрастного проявления и показатель психической и моральной жизни человека. В-третьих, ложь как социокультурный феномен, прослеживающийся в гендерных показателях социальной дифференциации. В-четвертых, обман (ложь) с точки зрения этико-аксиологических аспектов.
Ключевые слова: культура, ложь, нравственное сознание, обман, социум, феномен, ценность, этика.

В философских, этических и религиозных учениях человеческой истории, в таких дисциплинах, как этика, логика и психология, ложь (обман) всегда занимала важное место в общественной жизни и человеческом сознании. Тем не менее, она недостаточно изучена. Особенности проявления лжи как неотъемлемой части человеческого общения принято обсуждать в философских исследованиях. «Ложь проникла во все сферы человеческого бытия, человеческий мир не только создает беспристрастные возможности для лжи, но и имеет ложь как одно из своих начал, нет такого вида социальной деятельности, где бы не было обмана», — считает современный исследователь феномена лжи Д. И. Дубровский считает [8. С. 22].

Есть несколько различных точек зрения на социальную роль лжи:

• Во-первых, характеризуя ложь как морально деструктивное явление, последствия которого проявляются в нравственной атмосфере общества;
• Во-вторых, понимая ложь как необходимый прагматический выход из сложившихся проблем социальной коммуникации (в этом контексте понятно, что ложь является функциональным и необходимым элементом социальной реальности);
• В-третьих, интерпретируя ложь как амбивалентное явление общественной морали, где ложные идеи, заявления и действия сами по себе являются как конструктивными, так и деструктивными

С этой точки зрения, ситуативное понимание лжи является важным отличительным элементом, так как оно включает в себя реакцию на кризис общества и человеческую мораль.

Ложь — уникальный феномен социальной реальности и социокультурных традиций. Как верно отмечает современный социолог Н. Смелзер, ложь проявляется в обществе в его функциональных срезах, касающихся таких институтов, как государство, экономическая система, политические коммуникации, семья, средства массовой информации и др. P. 589].

Здесь важен социально-этический срез явления обмана:

1. Обман как важный аспект жизни социальных институтов, проявляющийся как внегенетический фактор социальной жизни.
2. Обман как индивидуально-личностный аспект жизни человека в обществе.

Это означает, что мы можем рассматривать обман в этических, социологических, юридических и индивидуально-психологических терминах, а также в социально-психологических.

Ролевые функции обмана в межинституциональных отношениях общества необходимо учитывать при анализе обмана как социального и институционального явления.

В этом смысле трудно не согласиться со взглядами немецкого социолога, экономиста и историка культуры М. Вебера, который рассматривал проблему социально-моральных явлений в связи с социальными институтами общества. «Социальное действие в связи с рациональным соглашением» описывает поведение, основанное на согласии, а институт с его рациональными институтами принято называть «лояльностью» [7.] P. 536]. Ложь здесь представлена как разрушительная сила рационально установленного союза социальных институтов.

У этого разрушения есть механизм. Рассмотрим его. В своей работе А. И. Титаренко отмечает, что усложнение социальной структуры. приводит к изменениям в механизмах моральной регуляции» [18. С. 247]. Социальные институты подвергаются структурной эволюции, и, в свою очередь, эти изменения влияют на различные аспекты морального сознания. Обман, имеющий место в нашем случае, маскируется порой маргинальными институтами, проходя через структуру общества.

Обман исторически выявляется в зависимости от напряженности социальных связей, что во многом обусловлено моральным климатом общества. А. И. Титаренко указывает, что благодаря развитию морального сознания общества изменилось функциональное значение феномена самосознания общества, что привело к его трансформации из интрогенного в экстрагенное. Характеристика общественной морали, которая четко констатирует возрастающую роль обмана во всех видах деятельности институтов общества (политика, экономика, право, культура, семья и др.) ), является верным.

D. И. Дубровский рассуждает о положительных и отрицательных последствиях обмана в человеческом обществе. С одной стороны, на всех исторических этапах нашей цивилизации обман является незаменимым средством борьбы за власть, инструментом честолюбия, амбиций; с другой стороны, как свидетельствует исторический опыт, обман использовался и в качестве борьбы с различными формами зла.

История подтверждает первый тезис. Многие выдающиеся личности лгали, пытаясь укрепить свой авторитет, чтобы не быть униженными. Добившись власти, клеветники и обличители обычно берут на себя роль блюстителей морали, потому что им приходится иметь дело с честными, порядочными людьми, ответственно выполняющими свои обязанности. У них двойная мораль — одна для себя, другая для правителей» [24.] P. 223]. Это необходимо для того, чтобы быть успешным и сохранить свое положение. Нельзя говорить все, что он думает об этом человеке, потому что однажды он может понадобиться, нельзя высказывать все, что он думает о мировых лидерах, потому что однажды ему, возможно, придется иметь с ними дело». [Там же].

Трудно представить себе общество, в котором люди были бы абсолютно честны друг с другом и говорили бы всем правду. Маловероятно, что такое общество существует. Поэтому утверждение о том, что в человеческих отношениях не должно быть лжи, слишком примитивно. С детства мы втянуты в многочисленные условности, которые сопровождают наше общение с другими людьми. Все это понимают, и никто не чувствует себя обязанным говорить «всю правду, и ничего кроме правды» [24.] P. 6]. Истинная правда ранит, но ложь может спасти.

Зарубежный психолог П. Экман считает, что не всякий обман нужно разоблачать. Следовательно, моральная ложь становится другим явлением.

«Ложь социально разрешена, люди действуют в рамках определенных социальных норм, которые узаконивают их обман. В таких случаях лжец обычно не испытывает никаких сомнений по поводу лжи, если, конечно, он или она не убеждены, что это делается ради высшего блага. Одной из таких лож является «медицинский обман». По мнению многих врачей, такая ложь оправдана», — говорит П. Экман [24. P. 52]. Если их использование подрывает необходимое доверие в отношениях между врачом и пациентом, это открывает путь для более опасных обманов.

Кант поставил эту проблему и дал четкое решение: ложь не может быть оправдана ни в каком случае. В отличие от решения Канта, русские мыслители придерживаются позиции, что мораль не является механическим набором директив, которые все обязательны сами по себе. С материальной стороны нравственность есть проявление доброй природы; но человек, по природе добрый, не может колебаться между нравственным интересом спасти ближнего и нравственным интересом соблюсти фактическую точность в своих показаниях; добрая природа исключает склонность ко лжи или лживость, но в данном случае лживость не играет никакой роли» [цит. по: 11. С. 62].

Догматический подход к нравственности недостижим, ведет к слепому следованию абстрактным принципам в отрыве от реальности. В. С. Соловьев отмечает, что его точка зрения не случайна, а закономерна: она обоснована русской духовной традицией, которая точно отражает отношение россиян ко лжи в межличностном и официальном общении.

Таким образом, в некоторых случаях мы можем говорить о лжи как о положительном моральном явлении. Положительная моральная оценка лжи объясняется возможностью ее ситуативно удобного применения, различием между оценкой факта человека и самого человека. «Если человек не лжет сознательно, даже если он говорит ложь, то его нельзя назвать лжецом» [24. p. 6-7]. Никто не назовет лжецом захваченного шпиона, который лжет на допросе, или врача, который скрывает смертельный диагноз.

Учитывая, что ложь так глубоко укоренилась в культуре, однозначная оценка может показаться парадоксальной. Моральное суждение о лжи зависит от хрупкости культуры. Культура не имеет безусловного основания. В результате получается, что, с одной стороны, ложь — это нарушение, а с другой стороны, без нее не существует не только человеческого общения, но и человеческого взаимодействия.

Обман используется для продвижения и защиты интересов групп, классов, наций и государств. Обман служит проявлением социальных противоречий, выражая эгоизм, конкуренцию и неистинные ассоциации, всевозможные способы достижения интересов и целей за счет других или вопреки их приоритетам. Социальный порядок в значительной степени регулирует феномен лжи. Большинство людей лгут другим людям и самим себе. Бессознательно или сознательно трудно лгать самому себе, если на уме есть другие. Важно играть роль для себя, чтобы играть эту роль для других.

Почему так трудно говорить правду?» — спрашивает И. Клямкин в статье, опубликованной в газете Moscow Times. попытался показать роковую роль случайностей, которые помогли Сталину. Именно его внутренности заставляли его говорить ложь. В тот период идея всегда подпитывалась ложью» [13.] P. 211].

Автор книги «Насилие лжи, или Как был потерян призрак» А. Ципко пытается объяснить, что произошло со страной в XX веке, почему лидеры, почитаемые так долго и с такой искренностью, не смогли принести нашему народу мир, землю и процветание одновременно. Он пишет об абсурде и лжи тоталитарного режима: «Сталин связал себя с ложью, погрязнув в ней, когда начал обещать народу отсталой и измученной России легкое решение всех проблем. Он лгал не только народу, но и самому себе» [21. P. 132]. По словам А. Ципко, «до сих пор в нашей стране во вновь избранных органах власти находятся демагоги, которые ведут жизнь в обмане и пытаются держать всю страну в состоянии идеологического безумия» [21. С. 51].

Общества и государства могут быть организованы с помощью лжи. Правительство и правящие группы используют несколько функций (обещание, защита и т.д.). обмана. В тоталитарных государствах ложь является основой их создания: они никогда бы не существовали без организованной лжи. Как утверждает Дж. Оруэлл в своем романе «1984», «все принимают ложь, которую навязывает партия. Когда во всех документах звучит одна и та же песня, ложь становится правдой. Те, кто основывается на принципах этого государства, демонстрируют довольно резкое искажение общепринятых лозунгов: «Война — это мир», «Свобода — это рабство» и «Незнание — это сила». Как следствие, автор антиутопии предостерегает от чрезмерного стремления к конформизму, поскольку он ведет к послушанию и бездействию, дискредитируя личность и растворяя ее в безликом обществе.

В двадцатом веке в политике было распространено огромное количество лжи. Фронты мира полны лжи. Антикоммунистические фронты — это не более чем ложь и шантаж. Это всего лишь инструмент международной политики и прикрытие для желания разделить мир на Германию. Разделение мира на два лагеря ложно, это стратегия войны» [5. P. 105].

Политика в значительной степени является искусством управления массами людей, и это не исключает лжи. «Ложь в политике — это особый вид лжи, потому что ее цель — не только ввести в заблуждение, но и облегчить тем, кто ее использует, манипулирование другими». [10. s. 105].

Государственный деятель России второй половины XIX — начала XX века. По мнению К. П. Победоносцева, ложь отрицательно влияет на политическую структуру общества. Он пишет: «Перед выборами кандидат в своей программе и в своих речах постоянно обращается к фикции: он все повторяет об общественном благе, он не кто иной, как слуга и поводырь народа, он не думает о себе и забудет все свои интересы ради общественного интереса; развивается, совершенствуясь, целое искусство играть инстинктами и страстями массы для достижения личных целей честолюбия и власти. Смысл этой массы теряется до тех пор, пока на нее снова не начнут действовать: тогда, конечно, снова используются лживые и льстивые фразы, чтобы понравиться одним и угрожать другим: длинная, бесконечная цепь однообразных маневров». P. 36].

Особенностью нравственного сознания порядочных людей является отказ от участия, когда происходит массовое использование обмана как фактора подавления политических соперников. На уровне социально-групповых отношений значительным фактором, инициирующим отход от истинности и формирование лжи, является партийность. К. Мелитан отмечает: «Сложная и могущественная страсть, называемая партийностью, является … неистощимым источником всякого рода лжи; мы, французы, слишком хорошо знаем, в какой ужасной лжи может оказаться виновною та или иная политическая партия, ставящая свои собственные интересы выше справедливости. И мы ежедневно видим такой поразительный, можно сказать, ошеломляющий факт: публицисты или критики руководствуются в оценке людей или их произведений только одним критерием — принадлежит ли оцениваемый человек к их партии или нет» [цит. по:
2. С. 137].

И.А. По мнению Ильина, «политика, политическая партийность, всегда ядовиты и развращающи»[12.] P. 78]. Суть зла заключается в том, что из честолюбия люди посягают на власть и ставят власть превыше всего; они используют в борьбе самые низменные средства, превращая партийную программу в мерило добра и зла. Амбициозные члены партии лгут в доказательствах и аргументах, обманывают избирателей, клевещут на соперников, оппонентов и конкурентов. Иные продают свои голоса, другие покупают их — иногда за деньги, иногда за услуги, иногда отдавая места, а иногда устраивая выгодные дела. Деморализация и авантюризм преобладают, а образ политического лидера становится образом профессионального лжесвидетеля и взяточника» [Там же]. I. Мнения, высказанные А. Ильиным, справедливы, учитывая политический опыт как России, так и других стран мира.

Официального деятеля, правительство, официальный орган или СМИ часто можно уличить в обмане других. Ложь вошла в наше обыденное сознание, став его привычными атрибутами.

Почти все избирательные кампании обещают хорошее, вселяют надежду на осуществление заветных стремлений, сокровенных желаний и особо важных целей, но в действительности полны обмана. У СМИ есть своя позиция по этому вопросу. Несмотря на случайные или частые инсинуации относительно политики правительства и президента, все же очевидно, что СМИ следуют политике правительства и президента, неоднократно подтверждая, что «телевизор в чьих руках, и кто у власти». Говорят, что обещания правительства в основном принимаются массами, они придают смысл повседневной жизни, формируют надежду, а зачастую и одухотворяют ее [8, С. 23]. В результате обман выполняет функцию успокоения масс, их активизации, укрепления существующего социального порядка, воспитания чувства оптимизма и уверенности в будущем.

СМИ часто используют приемы, которые по своей сути вводят в заблуждение: подавление неприятных фактов, дискредитация оппонентов любыми способами и ссылки на несуществующие источники. «СМИ часто используют приемы, которые по своей сути вводят в заблуждение: подавление неприятных фактов, дискредитация оппонентов любыми способами и ссылки на несуществующие источники. Правящая власть в основном использует: 1) «многообещающий обман», который дает надежду на осуществление самых тайных желаний и значимых целей; 2) «защитную» функцию обмана, которая исходит от официальных органов и чиновников, поощряя определенные формы обмана». [8, s. 23].

В каждых конкретных отношениях ложь ведет к распаду ценностных основ человеческого сообщества, умножению абсурда, бессмысленности существования, выражается в эгоистической изоляции, разрыве, нарушении общности, недоверии, враждебности по отношению к другим или неистинном общении.

Учитывая, что обман может служить фундаментальным компонентом поведения индивидов в обществе и даже выступать в качестве социальной характеристики и определять социальную активность, его значение нельзя недооценивать. На протяжении всей истории нравственной культуры человечества коллизия «индивидуального и социального» разрешалась двумя способами: «Честность одних. оказывается удобным качеством, позволяющим выжимать из них, а честность других, владеющих капиталом и собственностью, оказывается удобным моральным прикрытием их эгоистических интересов, их положения и деятельности» [18. С. 129].

Положение о том, что индивидуальное пространство человеческой деятельности заканчивается там, где начинается чужое, представляется верным. Во времена социальных разрушений и катаклизмов человек либо обращается к нравственным идеалам, либо отворачивается от них, подчиняясь ложным ценностям и ориентациям.

E. Н. Богатырева, современный психолог, считает, что «обман во благо только на первый взгляд кажется полезным и спасительным. Если посмотреть на проблему в долгосрочной перспективе, не обращая внимания на короткий промежуток времени, в течение которого сохраняется обман, то можно увидеть, что такой обман приносит гораздо больше вреда, чем пользы. Эта польза, как и все обманы, иллюзорна и, как любая иллюзия, недолговечна. Любой обман сулит беспокойную жизнь, которая не приносит удовлетворения. Редко когда вы сможете вспомнить случай, когда обман помог или пошел вам на пользу» [6. С. 27]. Более того, человек слепо начинает обманывать других людей, обманывая самого себя. Ложь порождает ложь» [6. С. 6].

Мы обманываем, чтобы сделать добро, угодить, помочь, не навредить и т.д. Однако если нас обманывают, мы считаем это злом, предательством и позором. В своей книге «Анти-Карнеги, или человек-манипулятор» Э. Состром перечисляет основные характеристики манипулятора: лживость (ложь и обман), невежество (апатия, скука), самообладание (замкнутость, своеволие) и цинизм (верность). Основная цель манипулятора, как и мошенника, — «использовать различные уловки для контроля над ситуацией, чтобы достичь своей цели» [23, s. 5]. «В каждом из нас живет манипулятор, который постоянно использует различные виды ложных уловок, чтобы добиться каких-то благ для себя». [23. s. 11].

Адаптация к новым обстоятельствам требует от человека лжи. Однако ложь делает манипуляторов одинокими и замкнутыми.

Обман часто является симптомом внутреннего конфликта социального субъекта, который разрешается путем обмана других или обмана самого себя, а точнее, даже обоих сразу: невозможно обмануть другого, не обманув при этом самого себя. Использовать обман для защиты собственных интересов, за редким исключением, аморально. P. 6]. Проявляя честность и справедливость, человек как бы следует моральным и социальным нормам. При отсутствии такой видимости обманщик никогда не сможет добиться успеха.

Б. Шалютин в своей работе «Человек, который лжет» утверждает: «Ложь требует раздвоения человеческого «я», и «хотя само раздвоение еще не есть ложь, но они настолько близки, что там, где есть развитое раздвоение личности, ложь не может не иметь места» [22. С. 153]. Кроме того, он призывает нас лгать не только тогда, когда это морально допустимо, но и когда это морально необходимо. Он говорит, что «Нравственность подразумевает безнравственность, но она также является ложью по своей природе» [22. P. 154]. Есть только одно требование: не лгать, если у вас нет уважительной причины, а также исключить ситуации вынужденной лжи, чтобы «оградить себя от лишних «откровений» со стороны окружающих» [22.] P. 156]. Приведенный выше анализ феномена лжи свидетельствует о ней как об аморальном поведении, морально неоправданной лжи.

Обман широко распространен в экономической сфере жизни человека, в спорте, медицине, в педагогической и научной деятельности; он проявляется в различных формах — от прямой подтасовки фактов до тонких преувеличений в изложении и оценке взглядов и концепций оппонентов, до умолчаний и искусных деформаций смыслов.3

Ложь становится почти традицией среди деловых партнеров, когда речь идет об экономических событиях. Наблюдается чрезмерная склонность к полуправде и всевозможным тайнам. Исследования обмана в бизнесе показывают, что это явление проявляется во всех его сферах (магазин, рынок, услуги). Обман на финансовых и деловых рынках часто возникает при продаже и покупке ценных бумаг, получении кредита за взятку (безвозвратный кредит), страховании кредитов и сделок и т.д. Реклама — это начало обмана в бизнесе.

Спорт — один из немногих видов деятельности, в котором обман не только не осуждается обществом, но и приветствуется. В спорте «обман» переводится в более расплывчатые фразы, такие как «спортивное мастерство», «ловкость», «расчетливость» и т.д. «Каждый спортсмен должен скрывать свое мастерство от соперника и угадывать уловки противника, чтобы обмануть его».

Обман в педагогике можно разделить на три категории: обман со стороны учителя, обман со стороны ученика и взаимный обман. В рамках педагогического обмана как дома, так и в школе используются вымышленные примеры, чтобы запутать детей. В обмане также могут присутствовать элементы шантажа. Обман может происходить в семье между супругами, родственниками и супругами, супругами и родителями, родителями и детьми. Все они могут лгать и обманывать друг друга. Часто конфликт возникает из-за того, что вы являетесь частью семьи.

Нетрадиционная медицина иногда связана с обманом (колдуны и шарлатаны). Различные люди используют обман, чтобы заработать на жизнь, в том числе гадалки, маги и астрологи. Магические манипуляции с порчей существуют у всех народов на всех континентах.

Рассматривая ценностную сущность лжи, можно выделить противоположные категории ценностей и антиценностей.

Следует отметить, что в отношении ценностно-этической сущности лжи в общественной культуре существуют различные позиции: от ее обоснования с метафизических и морально-философских позиций как необходимо-функционального явления до ее негативного восприятия как деструктивного, разрушительного феномена общественного сознания. По нашему мнению, справедливо и целесообразно определять ценностное содержание лжи, исходя из конкретных форм ценностного проявления, которые ложь имеет в обществе и в сознании человека.

В современной философии лжи уделяется большое внимание. Интерпретации лжи как аксиологического феномена играют особую роль в том, как мы воспринимаем ложь.

С точки зрения соотношения элементов иерархии ценностей в системе нравственной культуры необходимо рассмотреть феномен обмана. Во-первых, ложь является необходимостью для поддержания социального равновесия. Кроме того, ложь представляет собой амбивалентное явление в системе моральных ценностей.

На каждом историческом этапе формируются условия для духовного развития общества. Эта совокупность создается отчасти через проблему ценностей. На процесс морального выбора, по мнению А. И. Титаренко, оказывает глубокое влияние ценностная ориентация. Существуют даже иллюзорные формы обоснования, которые она использует для своего утверждения. P. 232].

В истории развития гуманитарного знания можно наблюдать различные философские аспекты интерпретации проблемы лжи. Как мы уже отмечали, ложь имеет системный характер. В этом отношении достаточно убедительным представляется высказывание Л. М. Архангельского: «Доминирующим элементом структуры морального сознания является его нормативность» [3. с. 83]. Обман проявляется во многом как многополярное и многогранное ценностное явление, имеющее, в зависимости от грани общественного развития, меняющийся характер. Это явление отражено в различных аксиологических учениях.

Мы считаем, что моральное сознание общества, сформировавшееся под влиянием обмана, функционирует лучше, если на повестке дня стоят этические приобретения духовного качества. Это заставляет нас рассмотреть несколько философских и этических парадигм морального развития.

Традиционно нравственное совершенствование (перфекционизм) моделируется как универсальное воплощение всех ценностей в развитии человеческого общества в целом. С ним тесно связано понятие духовной культуры. Мнения отечественных исследователей по данному вопросу вызывают уважение.

A. К. Уледов прав, рассматривая духовную культуру как сложное явление, поскольку она имеет несколько характеристик: «Культура — это исторически развивающаяся система духовных ценностей, духовная сила общества. Тем не менее, она является способом человеческого творчества, имеющим общечеловеческое значение». Термин «общественные отношения между людьми» означает определенный тип социального взаимодействия между людьми» [19. P. 36].

Праксеологический аспект заключается в том, что она затрагивает прежде всего духовную деятельность человека — создание идеалов, выходящих за рамки человеческого существования, вид деятельности по производству, распределению и потреблению духовных ценностей. Нравственность — это сознательно согласованное действие чувств, стремлений и поступков отдельных людей с чувствами, стремлениями и поступками всего коллектива. Такие ценности, как совесть, долг, ответственность и т.д., способны выступать в качестве важнейших противодействующих сил разрушительному влиянию обмана на ценностную иерархию личности, способности человека самостоятельно формулировать для себя нравственные обязанности, осуществлять самоконтроль.

В обществе ложное сознание и ложь оказывают значительное и продолжительное влияние на морально-этические установки и ценности. Моральный кризис определяется возникновением социальной патологии и моральной деградации.

Ложь и обман вездесущи в социальной и политической жизни и классифицируются по следующим категориям. Среди молодежи особенно распространен нигилизм. Во всех своих проявлениях он служит формой антипотребительского рефлекса, привлекая сторонников среди городского населения. Хорошо известны соответствующие акты неповиновения обществу, скандального неподчинения или даже терроризма.

В результате квиетизма можно жить в современном обществе, не будучи подавленным навязчивыми идеями. В качестве конечной цели моральная чистота и душевный покой достигаются путем сокращения социальных связей и подавления страстей индивида.

Как мы сейчас понимаем этико-философские тенденции, достаточно ясно, что в определенные эпохи ложь играет либо координирующую, либо деструктивную роль, в зависимости от того, какая парадигма ценностей преобладает.

Следует также отметить, что ложь становится все более утилитарной в системе ценностей. Она играет важную роль в различных случаях человеческой деятельности, связанных с повседневной жизнью и работой.

В условиях современной дифференциации ценностей мы можем наблюдать особенность, которая заметна, когда речь заходит о рассмотрении современного морального сознания. Заповеди Библии, такие как заповедь «Не укради», «Не убий» и т.д. невозможно выполнить. везде в обществе, а нечестность, жестокость, эгоизм являются непременными правилами жизни, из чего он делает вывод: должно быть достигнуто такое общественное состояние, где эти пороки будут полностью устранены.

Этическое поле продемонстрировало, что ложь разрушает общественное моральное сознание в состоянии моральной деструкции. По мнению М. М. Бахтина, ложь в нашем обществе оказывает негативное влияние на социальную систему ценностей. По его мнению, ложь — это самая современная и актуальная форма зла. Обладание властью (могуществом, силой) невозможно без лжи. Слепота к самоосмыслению, к смыслу собственного совершенного «я» (осознавая это или нет). обманутый превращается в вещь. Насилие и овеществление человека — два способа, которыми это делается. P. 239].

Каждый человек определяется и развивается в соответствии с определенной системой ценностей, которая располагается в иерархическом порядке среди систем общественного сознания. Иерархия может быть конкретно-исторической и личной.

Проблема ценностей всегда была связана с ответственностью за ложь. Человеческая жизнь — это волевой акт, согласно Бахтину, который определяет ответственность как свободу творчества. Насилие всегда присуще творческому процессу. Правда обманчива, так же как и обман. Человек еще никогда не имел доступа к истине изнутри, она никогда не была для него родной. Она всегда была наваждением. И все же не было согревающей истины, только согревающая ложь» [4. P. 236]. Обман и ложь раскрываются в диалоге «Я — Ты 4.

В последнее время в общественном сознании много говорят об изначальных этических принципах.

К.М. Мартини, известный деятель католической церкви, говорит, что неолиберализм аморфен и лишен подлинной моральной ценности: он стремится лишь к тому, чтобы меняться. Поэтому он ставит вопрос: во что верят те, кто не верит? Как пишет У. Эко в своем эссе «Когда другой выходит на сцену», «я задался целью обосновать принципы внерелигиозной этики на чистом природном феномене» и на убеждении, что каждый инстинктивно верит, что его душа (или нечто, выполняющее ее функцию) проявляет себя только через соседство с другими. Это то, что я называю «внерелигиозной этикой» или этикой природы. Естественный инстинкт, созревший до самосознания, не считаете ли вы это поддержкой, удовлетворительной гарантией?» [25. С. 11]. Подобная концепция сводит этику к переосмыслению природных инстинктов.

Парадигма неолиберального мышления может утвердиться в обществе через присвоение природных инстинктов в качестве нормы поведения. Известный современный исследователь проблем поведения личности К. Хорни, рассматривая исторический контекст развития духовной культуры человечества, отмечает: ложь предстает как искушение и персонификация зла, что особенно характерно для религиозных представлений средневековья: «Олицетворение зла искушает человека, запутавшегося в духовных или материальных проблемах, предложением безграничной власти. Искушение может прийти к любому человеку, будь он богат или нищ духом, поскольку оно апеллирует к двум мощным желаниям: мощному желанию безграничной власти и мощному желанию освободиться от зла. Безграничная слава — это также путь к самоотречению и самоистязанию во внутреннем аду. Такой путь в конечном итоге приводит к потере души и самосознания.

С философской точки зрения ложь и обман играют важную роль в российском обществе.

По словам французского ученого Э. Дюркгейма: «Большинство областей социальной жизни определяются требованиями и запретами, налагаемыми на индивида обществом» [9.] Нарушение табу может привести к наказанию (С. 56). Целью правил Дюркгейма является, прежде всего, гарантия профессионализма и недопущение нарушений социального императива.

Взяв за основу вышеприведенный анализ, можно сделать обоснованный вывод, что ложь и обман обладают характеристикой, которую современные аксиологи называют причиной «диалогичности» между различными уровнями ценностной системы.

L. Н. Столович, исследователь среза этики и эстетики современного общества, считает, что все человеческие явления чреваты амбивалентностью. Обычно ложь соединяет правду с культурным отсутствием какой-либо ценности, иногда предшествуя или опережая правду. «Правда, помимо онтологического и гносеологического значений, истина имеет аксиологический аспект». Она определяет не просто соответствие действительности. но и характеризует значимость действительности и ее познания для человека и общества, для человека как субъекта, вопреки всем представлениям о «спасительности лжи» и «возвышающем нас» обмане» [17. С. 101].

Рассматривая ценностный аспект лжи, можно неоднократно наблюдать, что ложь затрагивает различные ценностные и этнокультурные ориентации при максимальной динамике изменения традиционных ценностей и при наличии ценностного кризиса. Столович верно отмечает, что каждое духовное состояние, связанное с актуализацией ценностей, имеет «двойную сущность: Есть освоение ценности и затем сама ценность [17.] P. 93].

Развитие этических систем ценностей имеет четкую зависимость: чем сильнее кризис ценностей, тем эффективнее ложь как соединительный элемент между уровнями ценностей. Это обстоятельство трудно не признать, отстаивая те или иные концептуальные ценности: «Мы живем в эпоху распада личности и регрессивных коллективов» [1. С. 190]. Не случайно психологи и социологи отмечают особенность, характерную для негативных межличностных отношений, возникающих в результате намеренного обмана и лжи, например, порочащих имя состоятельного человека.

Успех способствует развитию языка и вызывает беспечность. Люди, которые не выносят искренности, могут иметь о них честное мнение. Из уст в уста будут сыпаться саркастические суждения. Ироничное слово может положить начало конфликту. Даже малейшая критика может ранить человека, особенно если она попадет в уязвимое место.

Общество характеризуется индивидуализмом, утверждает Дюркгейм. Социальная среда позволяет индивидуализму процветать в соответствии с коллективной потребностью и моральным императивом. Каждый индивид должен проявлять себя в соответствии с моралью. Индивидуалистическое общество, однако, склонно вести к отчуждению и аномии. Чем больше оно поддерживает индивидов в отстаивании их прав на самореализацию и удовлетворение своих желаний, тем больше оно угрожает заставить их забыть о важности самодисциплины» [9. P. 56].

Человек очень часто становится объектом клеветы. Но у них нет возможности ответить на нее. С потоком лжи приходит невежество.

Когда мы становимся свидетелями чрезмерного возвеличивания истины и реальности, что в конечном итоге приводит к лжи, возникает необходимость извиниться за традиционные ценности в период морального кризиса в современном обществе.

Нравственное спокойствие не всегда является результатом почитания своих ценностей. Это, по крайней мере, дает возможность для гармонизации внутреннего мира, что решает две проблемы, с которыми мы сталкиваемся сегодня: господство материализма и антиэстетизм.

Швейцарский психоаналитик К. Г. Юнг доказывает, что обращение к традиционным ценностям нивелирует современные негативные тенденции: «Голос интеллектуального или морального понимания на уровне констатации любовного одурачивания и моральной безответственности массового человека — не более чем задержка на пути к атомизации индивида» [26. P. 191]. Для того чтобы защитить себя от спуска в безличность, человеку необходима очевидность его собственного внутреннего опыта. Человеку необходима моральная поддержка и средство поиска этой поддержки, поскольку современные психологи и философы считают, что индивидуальность сложна и нуждается в поддержке.

Обман — одна из наименее изученных областей философской и этической мысли.

Значительная часть человеческого существования лежит за пределами этических и социологических исследований. В публикациях по философской науке анализируемое явление никогда не упоминается. В силу своей многомерности и недостаточной изученности, обман может быть понят в свете новых теорий и методологических предположений в условиях феномена обмана.

На протяжении всего философского дискурса отмечается, что большинство исследователей подтверждают особенность ценностно-содержательной стороны лжи, которая интерпретируется как определенный баланс ценностей. С эмпирической точки зрения, человеческая культура выделяет важную балансирующую ценностную характеристику лжи как промежуточного явления между разрушением и моральным подъемом общественной культуры.

Во-вторых, часто наблюдаемое явление духовного разложения общества сопровождается деструктивным фактом существования лжи в системе передачи ценностей. Ложь, кажется, проникает во все поры человеческих отношений и разрывает их на части.

В-третьих, ложь — это феномен морального состояния человека, который демонстрирует биполярные характеристики. Некоторые дискурсы относят ее к системе инструментальных ценностей. Морально разлагающееся общество с негативной динамикой нравственной атмосферы общества может маскировать позитивные формирующие ценности под ложные, что определяет позитивный компонент лжи.

Поскольку ценностно-смысловое содержание лжи является компонентом для мобилизации индивидуального морального творчества, человек, не подверженный влиянию моральных систем, априори осуждающих ложь, вынужден сталкиваться с проявлениями необходимости и оправданности лжи. Необходимость каждый раз по-новому оценивать мир заставляет его быть морально творческим.

При детальном рассмотрении социального контекста лжи мы можем показать, что она проявляется на самых разных уровнях. С понятием лжи практически невозможно бороться, она принимается как норма межличностного, межгруппового и межэтнического общения.

Исследователи отмечают, что на различных уровнях социальной коммуникации наблюдается рост обмана. Ложь оказывает разрушительное воздействие на всю структуру нравственных отношений в обществе: во-первых, она разрушает сложившиеся традиции и отношения, создает стереотипы поведения человека в обществе5. Кроме того, можно с уверенностью сказать, что сегодняшние политические отношения отчасти проистекают из сознательного решения использовать ложь в обществе как инструмент политики. В-третьих, экономические и социальные отношения современного общества питаются прагматизмом, где ложь и обман являются повсеместными инструментами для достижения социальных и индивидуальных целей. В-четвертых, в государственных структурах современного общества ложь и обман проявляются как амбивалентное явление: с одной стороны, государство вынуждено поддерживать определенные заведомо ошибочные цели в интересах общества, с другой — безответственная ложь государственных чиновников приводит к глобальным кризисным последствиям, влияя на установление атмосферы всеобщего недоверия.

Ложь может быть функцией как амортизации социальных отношений, так и их разрушения. Этика и философия оказывают огромную помощь в определении того, как ложь функционирует в обществе. Ложь — это уникальная форма человеческого поведения с моральной, этической и социальной точек зрения. Существуют определенные обстоятельства, когда ложь допустима и оправдана с юридической точки зрения («ложь во спасение»). С другой стороны, в большинстве случаев она является пороком, ведущим к двойной морали и, следовательно, к полной безнравственности.

Этико-философский аналитический срез показывает разрушительные последствия лжи в общественной морали, безразличное отношение к злу, клевету и т.д. Поиск нравственных идеалов осуществляется с точки зрения функциональной сущности лжи. В этом отношении она имеет достаточно амбивалентный характер, проявляя системность, деструктивность, мимикрию и т.д.

Список литературы

1. Адорно Т.В. Проблемы философии морали / Пер. с нем. — М.: Республика, 2002. — 239 с.Алексеев П.В., Панин А.В. Философия: учеб. для вузов. —М.: ТЕИС, 1996. — 500 с.
2. Архангельский Л.М. О характере морального сознания // Вопросы философии. — 1969. — № 5. — С. 83—87.
3. Бахтин М.М. Риторика в меру своей лживости / М.М. Бахтин. Автор и герой: К философским основам гуманитарных наук. — СПб.: Азбука, 2000. — С. 232—240.
4. Бердяев Н.А. Парадокс лжи // Человек. — 1999. — № 2. — С. 102—108.
5. Богатырева Е.Н. Психология обмана. Преимущества и потери. — СПб.: Изд-во «Лань», 1998. — 192 с.
6. Вебер М. Избранные произведения / Пер. с нем. — М.: Прогресс, 1990. — 808 с.
7. Дубровский Д.И. Обман. Философско-психологический анализ. — М.: Изд-во РЭЙ, 1994. — 117 с.
8. Дюркгейм Э. О разделении общественного труда / Пер. с фр. — М.: Канон, 1996. — 432 с.
9. Запасник С. Ложь в политике // Философские науки. — 1989. — № 1. — С. 94—107.
10. Знаков В.В. Категории правды и лжи в русской духовной традиции и современной психологии понимания // Вопросы психологии. — 1994. — № 2. — С. 55—63.
11. Ильин И.А. Яд партийности // Русский колокол. — 1928. — № 3. — С. 78—81.
12. Клямкин И. Почему трудно говорить правду // Новый мир. — 1989. — № 2. — С. 24.
13. Оруэлл Дж. 1984. Скотный двор. — Пермь: Изд-во «КАПИК», 1992.
14. Победоносцев К.П. Великая ложь нашего времени. — М.: Русская книга, 1993. — 640 с.
15. Смелзер Н. Социология. — М.: Феникс, 1994. — 688 с.
16. Столович Л.Н. Философия. Эстетика. Смех. — СПб.: Тарту, 1999. — 384 с.
17. Титаренко А.И. Структуры нравственного сознания. — М.: Мысль, 1974. — 278 с.
18. Уледов А.К. Духовная жизнь общества: Проблемы методологического исследования. — М.: Мысль, 1980. — 271 с.
19. Хорни К. Невроз и развитие личности / Пер. с англ. — М.: Смысл, 1998. — 375 с.
20. Ципко А. Насилие лжи, или Как заблудился призрак. — М.: Молодая гвардия, 1990. — 270 с.
21. Шалютин Б. Человек лгущий // Человек. — 1996. — № 5. — С. 151—159.
22. Шостром Э. Анти-Карнеги, или Человек-манипулятор. — Минск: ТПЦ «Полифакт», 1992. — 130 с.
23. Экман П. Психология лжи. — СПб.: Питер, 1999. — 270 с.
24. Эко У. Пять эссе на тему этики. — СПб.: Симпозиум, 2000. — 96 с.
25. Юнг К.Г. Божественный ребенок: Аналитическая психология и воспитание. — М.: Республика, 1997. — 400 с.

1. Чекушкина Е.Н. — доктор философских наук, доцент кафедры философии Мордовского государственного педагогического института им. М.Е. Евсеева. Евсевьев. E-mail: elenachekushkina@yandex.ru
2. В связи с тем, что в научной литературе нет достаточно четкого разграничения между определениями «обман» и «ложь», мы считаем целесообразным продолжать рассматривать их как взаимозаменяемые понятия, используя различия между ними, когда это необходимо для адекватного и более четкого разграничения. Особенно нетерпим обман в науке, поскольку наука является своего рода основой объективности во всей системе духовной культуры. Увеличение числа случаев обмана в этой сфере деятельности свидетельствует о серьезном ухудшении нравственности, это негативно сказывается на всей системе духовной деятельности.
3. М.М. Бахтин достаточно подробно разработал приведенный выше контекст анализа диалога людей в аспекте иллюзорного.
4. Прежде всего в семье, где наиболее острый моральный кризис нашего времени обусловлен растущим уровнем недоверия и обмана, что фактически ведет к деградации этого института.