Дачно-родственные отношения | Социум | Наша Психология

— Приходите. Послушная Таня пришла поддержать игру, вся радостная, не понимая, что происходит, но готовая поддержать игру. Денис плотно накрыл лобок Тани, от пушка до того места, где декольте уходило между бедер, ладонью свободной руки. Когда Таня ссутулилась, сжимая колени, она была ошеломлена. Как-то в метро или переполненном автобусе Денис заметил движения, которые делают девушки, когда их щупают, и сделал это, непринужденно просовывая руку между их ног. И хотя Таня тут же выпрямилась и бесстыдно обнажила свое мягкое упругое богатство перед бесстыдно жадной ладонью Дениса, это было то же движение, робкое и естественное, движение стыда и возмущения, только тогда Денис лишь угадывал в складках и швах ткани бороздку посередине ее киски, а теперь он ощущал ее без всяких юбок и трусов, в полном контакте, всей рукой, и у него еще было время.

А-а-а-а! У-у-у-у-у-у! Искры и молнии! Взрывы и гром! В дальнем углу комнаты Денис выпустил длинную белую струю, придавив Бена крепкой рукой и в последний момент оторвав взгляд от коленей Тани! И еще одна, более слабая! Кончание продолжалось, наверное, минуту. Когда он наконец нашел в себе силы дышать, перед глазами у него плавали золотые кольца, в ушах звенело, а рукой он держался за ногу сестры чуть выше колена. Таня смотрела на Дениса с восхищением, уважением и завистью. С точки зрения Дениса это было совершенно неуместно.

Я считаю, что вы превосходная работа», — сказала она. Денис с трудом улыбнулся в ответ. Без единой мысли в голове он вытер пальцы о покрывало и надел брюки и рубашку.

Он сказал, как только Таня (опять красиво!) перевела дух. надел те же шорты и футболку.

Пройдя в свою комнату, он рухнул в постель и некоторое время блаженствовал. Это не то, чего он хочет! Он хочет выглядеть таким клоуном! Все-таки он был хорош. Такая девушка! И в таком виде! При этом он опрокинул еще одну кружку молока, вообразив в воздухе замки о своем будущем времяпрепровождении (совершенно неправдоподобно). Его сестра снова сыпала зерно курам, когда он увидел ее. (Сколько можно их кормить?). Она не выглядела спокойной. Денис с трудом мог поверить, что несколько минут назад эта самая девушка танцевала перед ним голой, пока он мастурбировал, а потом он (на очень короткий миг) держал ее за пизду.

— Ты собираешься что-нибудь съесть? Так же непринужденно (она мечтала) она ответила. (не прерывая танца цыплят. Денис покачал головой. Эта тема никак не приходила ему в голову, как он мог к ней вернуться. А как он мог бы? Если ты подходишь к ней, ты должен спросить: «Можно я возьму тебя за задницу? Я бы предпочел, чтобы она подмигнула или хотя бы заговорщически улыбнулась.

— Ты на речку пойдешь? А то Ирка сейчас придет.

— А что это такое? хмуро спросил Денис, предполагая, что теперь он больше не будет обращать внимания на сестру, так как Ирка приедет, по словам бабушки Кати.

— И пойдем к реке. Или ты занят? Она насмешливо посмотрела на Дениса.

» Решать тебе, Денис, — сказал он, потягиваясь. Это купальник до реки. Ну, по крайней мере, так. Полотенце, обернутое вокруг девушки, — так Денис понял, как меняются девушки. Смотреть было не на что.

Мы тоже играем в разбойников, — неожиданно сказала Таня и замолчала.

Бандиты? Многие девочки любят играть в бандитов. Хотя Деннис хотел поинтересоваться подробностями, он решил, что в этом нет необходимости. Посмотрим. Какая бы игра ни была, он покажет ее им. Деннис съел еще один кусок колбасы на дорогу, затем начал что-то готовить в своей комнате, когда услышал детский крик с улицы: Танька!

— Ой!» — сказала Таня, — «это Ирка». И она выбежала.

Надев плавки, Денис вбежал в комнату. Хотя он немного переживал, что его кандидатура может не вызвать восторга у Иры, он согласился. в крайнем случае, он просто узнает, где находится река, и пойдет туда сам.

— Только.» Денис заколебался, прочищая горло: «Но тебе тоже придется раздеться». «Или я не смогу ничего сделать», — сказала недоверчивая Таня. Неверие смягчилось, но осталось. Конечно, такая ерунда! И вообще, я тебя уже видела. Этот аргумент сработал. Ты же не можешь просто дрочить перед девушкой и просить то, что у тебя уже есть? (Таня пожевала губами.

— Только сначала ты.

Вот и все! Теперь никаких изменений! Только не передумай! Денис решительным тоном дернул молнию на брюках. Осторожно сняв их, он снял рубашку. Взялся за резинку вокруг трусов. Ну что? Ну. И дернул ее вниз. Да. Впервые он стоял перед девушкой без трусиков — тоже впервые. Или нет, не в первый раз. Когда он стоял перед девочками без трусов, его наказывал вожатый в лагере. Однако первые несколько минут было стыдно только потому, что было больно.

Интерес к хозяйству Дениса наполнил Таню. Сделав глубокий вдох, Денис стал ждать. Увидев, что Таня перевела взгляд на него, Денис уловил в этом взгляде решимость и даже уважение. Черт с ним, с уважением, снимай штаны!

Хрипло сказал Денис, пытаясь сдержать свою эрекцию. Отведя взгляд, Таня прикусила губу, схватилась двумя руками за края футболки и рассмеялась. Она сняла ее таким красивым способом! Она и сама об этом не думала, но это движение, этот изгиб, она не осознавала. Эти груди! Потом ее увидел Денис. Она оправдала его ожидания. Да, она действительно была такой, как ты описал, гладкой, незагорелой, с круглым, коричнево-розовым торчащим соском, гладкой и стройной, невыразимо подходящим аккомпанементом к ее стройному телу. Пуговица ее шорт была расстегнута. Когда она снимет их, будут видны только трусики. Нет! Все снялось сразу, она переступила через одежду (он никогда бы не догадался!). Она стояла перед ним полуобнаженная, раскрасневшаяся и прекрасная! Она не понимала, как все это может кого-то заинтересовать. Признательность Дениса удивила ее.

Бен, который так ценит Денис, выпрямился, затвердел и уперся ей прямо в лоб. Он был на вершине блаженства. Боже, полностью обнаженная девушка перед ним, в нескольких шагах, с готовностью выставляющая все на показ и делающая это видимым, как будто это было у нее в руке. Теперь он видел, что то, что они с ребятами нарисовали в виде треугольника с черточкой, примерно соответствовало реальности. В анфас все выглядело именно так. За исключением нескольких удивительно существенных нюансов, которые выделяли пипиську сестры на фоне рисунков наветов. Плавный изгиб ее бедер, округлость лобка, темный пух на теле, мягкость и упругость губ. Позади него Денис сел в кровати и начал делать свое дело. Постепенно водя рукой взад-вперед по шее Бена, он наслаждался зрелищем. Полученное по праву, заслуженное зрелище. Таня уставилась на руку Дениса так же ошеломленно, как Денис смотрел на свою сестру накануне. Точнее, не на его руку. Видно было, как она ею заворожена. Денису было не до этого. Поскольку поза Тани была такой статичной, его это беспокоило. Он хотел видеть ее в разных позах. Он даже не мог назвать эти позы. Он собрался с духом и спросил:

— Ты можешь подвигаться?

— Что вы имеете в виду? — Реакция Тани была абсолютно спокойной.

— Ну, потанцевать там…

— Это необходимо? Хотя она не хотела танцевать, но, увидев умоляющие глаза Дениса, смягчилась и повернулась (как красиво! )Когда я нажал клавишу на ее маленьком потертом кассетном магнитофоне (у нее тоже есть магнитофон! ), она быстро рассмеялась. ), замедлила шаг и начала. не танцевать, а. когда это было похоже на вечеринку по случаю дня рождения, но люди еще не начали танцевать. Хотя временами она краснела и отводила глаза от взгляда Дениса, в основном она обращала внимание на это. Танец обнаженной девушки был первым и для Дениса. Он был осторожен, чтобы не упасть, пока не увидел ее, и почти праздно провел рукой по ее коже. Это было неописуемо сексуально и красиво. Уже обнаженная, перед ним и для него, она делала те же движения, что и под белыми шортами с ракеткой в руке, когда соблазняла его попку! Ему больше не нужно заглядывать в складки ткани, чтобы увидеть, что там! Он может вызывающе и пристально смотреть на то, что у нее между ног (о, что там!). Вы не можете обманывать! Это против правил! Киска Тани принимала всевозможные формы, незнакомые и в то же время знакомые, в зависимости от того, как поворачивались ее ноги. А какие у нее были бедра! Ух ты, какая чудовищная задница, закована в кандалы без всякого материала! То же самое было и с Таней. Денис был рядом с ней, она свободно двигалась, стараясь не выпускать его из виду, губы были влажными. Мечты действительно сбываются! Тем не менее, Денис даже в мечтах не мог себе такого представить! Он никак не мог поверить, что такое возможно. Когда Денис не смог сдержать последний оргазм, он пробормотал, не прикасаясь к Бену:

— Кур хочешь покормить?

Таня не хотела кормить глупых птичек, а Денис хотел.

Тогда, — пробормотал он и направился в сторону сортира. Невозможно определить, чего хочет мужчина, когда просыпается. Правильно, поссать.

Хотя куры были глупыми, кормить их было весело, хотя Денис с каждым днем все больше смотрел на Таню. Это было похоже на девичий день, она наслаждалась собой. В сознании Дениса она переоделась в школьную форму, она была похожа на десятки других школьниц. Только она была красивее. Ей казалось, что она была просто веселым ребенком. Возможно, у нее была старшая сестра. Возможно, у нее была старшая сестра. Но факт остается фактом: Таня выглядела очень эротично (Денис вспомнил это слово). Ее постоянное напоминание о своей наготе под одеждой заставило меня задуматься об этом! Она все время тянулась, чтобы дотронуться хотя бы до округлого гладкого бедра, покрытого слабым загаром. Димка бы сказал — бедро.

Они обсуждали жизнь в Москве и Ельмина; Денис ничего существенного не узнал, но приобрел некоторую свободу слова и авторитет у сестры. Они учились в одном классе, но она была на полгода старше. Зайдя в дом, они выпили вкусного, дымящегося молока, и Денис съел миску каши. Пока Денис наблюдал за Танькой, его внимание постоянно привлекали ее линии, округлости, движения, и через некоторое время он уставился на нее так, как будто вчера даже не смотрел на нее, как будто не знал, что может быть под этими шортами. Тоскливое удовольствие наполняло его взгляд, когда он смотрел на неинтересные тряпки, прикрывающие тело интересной девушки. Он никогда не считал себя хитрым человеком, но, похоже, правду говорят, что гормоны стимулируют воображение. В его голове начал формироваться план. То есть, не план в прямом смысле слова — один пункт и другой, а что-то вроде: если я сделаю это, он сделает то, а потом посмотрим, что получится. Уже обдумывая способы, как легче добраться до него, представилась возможность сделать это.

— Ты видел мою комнату? — спросила Таня.

— Видел, — отрезал Денис.

— Когда это будет? — Таня бросила на него озадаченный взгляд.

Пойдем? И как в холодной воде:

— И я видел вас вчера.

Таня воскликнула: «Что за идиоты!

Теперь, когда она ушла, все пропало! Очевидно, она все еще думала о том, что произошло вчера.

— Ну и что ты видел?

Будьте осторожны, Денис…

— Ничего особенного.

Таня облегченно вздохнула.

— Видел, как ты в кровати лежала.

С облегчением в глазах Таня посмотрела на него и сказала: Ну, если это все.

— Как книжку читала.

Интонация спокойная, безразличная. Я все видел, так что удивляться не стоит. А сердце мое — тук-тук, тук-тук. Глаза Тани кажутся подозрительными, и она не спрашивает, видел ли я еще что-нибудь. Мы вдвоем смотрим ей прямо в глаза.

— Ну и дальше тоже видел.

О, как она сразу покраснела! Она покраснела до ушей! К ней повернулись спиной, она замолчала, не убегая. Это, наверное, заставит ее снова заплакать, нет, она, наверное, узнает, что это значит.

— Не обижайтесь. — Это мягко, спокойно. Внутри, похоже, работает. Хочешь, я покажу тебе, как мы это делаем?

Вот! Это ключевая фраза. В таком случае будет хуже, если она вообще не будет заинтересована. По крайней мере, дайте ей понять, что это благородное предложение, если не месть, то ничья, иначе ей придется ходить смущенной, пока она не уйдет. Денис, ее брат, никогда не встречался с ней. Колени Дениса дрожали в ожидании ответа. Лицо Тани постепенно менялось от красивого возмущения к красивому недоумению, потом к красивому удивлению, потом к красивому любопытству. Даже больше, чем Денис ожидал. Наверное, они что-то выдумывают», — подумал он.

— Вы не лжете? У меня недоверчивый взгляд, но от обиды не осталось и следа. Все в порядке. Простила и укусила. Он почувствовал облегчение, но оставался еще один шаг. Все дело было в еще одном шаге.

— Откровенно.

— Хочу.

Нет, она ждет улова.

— Пойдем, выйдем на улицу.

— Ко мне?

— Ну давай.

Таня провела его в свою комнату, где он заметил то, чего не заметил вчера (был занят, хе-хе) — кукол, тряпки и игрушки. Таня закрыла дверь, зашторила окно и выжидающе уставилась на Дениса.

Денис разрыдался, глядя на бедра Тани, ее живот и киску, и осторожно двигал рукой. В движениях Тани было что-то общее с движениями Дениса, они определенно совершали похожие действия. Таня спустила одну ногу с кровати, и все стало более заметно. Дело в том, что Денис не знал, как может выглядеть девушка под таким углом. На их рисунках женщины с раздвинутыми ногами всегда выглядели глупо и неестественно. И то, что Денис делал сейчас, стоя на одной ноге и имея перед собой голую (будем думать, что так) девушку, было в сто раз лучше, чем когда он мастурбировал, глядя на плохой рисунок или мутную фотографию (бывало и такое), или даже просто на фотографию какого-нибудь спортсмена. Кроме того, Денис представлял себе, что именно происходит, когда сжимал своего Бена. Надо сказать, что Денис никогда не представлял себе такую сногсшибательную девушку. Мечты сбываются! Она полностью напряглась, когда ее рука быстро забегала вперед-назад; подняв голову, прикусив губу и положив руку между ног, как Денис сделал бы с ней, будь его воля, Таня выгнулась дугой. и сладко и медленно выдохнула. Закинув руки за голову, она демонстрировала блаженство подрагивающими ресницами закрытых глаз и мягкими, расслабленными губами. Ее открытая киска была поглощена его жаждущим взглядом, когда он увидел все, что было в ней. Его движения были неистовыми и резкими из-за томительного щекочущего напряжения, которое нарастало в районе солнечного сплетения и вниз по всему животу. Еще чуть-чуть. Еще чуть-чуть. Только не позволяй ей двигаться. Ааа! Сердце колотилось, Денис выпустил длинный поток дыхания в стену дома, крепко держась за скобу и пытаясь сдержать дыхание.

По-прежнему красивая, Таня лежала все так же ровно, Денис с удовольствием смотрел на нее, но им пора было уходить. Во-первых, пора, во-вторых, сестру уже не интересовал ни шум, ни стук, а в-третьих, это было уже неинтересно. Выдавив из себя последние сладкие капли, он оттолкнулся от стены, чтобы не искать внизу давно ушедшее бревно, и неслышно спрыгнул в траву. Краем глаза он заметил, что Таня погасила свет. Он как раз вовремя подоспел. Душа его пела. Он почувствовал гордость и удачу. Он больше не испытывал безнадежной тоски при мысли о том, как хорошо было бы увидеть девочку без трусов, и не на секунду, а надолго. Потом, когда бабушка Катя упомянула о его сестре, он с трудом поверил, что в этой пещере его может ждать что-то такое интересное! Забравшись в кровать, он снова неторопливо и спокойно спустился вниз, в деталях вспоминая наготу Тани, испачкал аккуратно разорванную туалетную бумагу и задумался, что представляют себе девушки, когда мастурбируют? В созданной им картинке они были голые, он их лапал, а иногда трахал кого-то конкретного, например, Любу из параллельного класса. Вообще, в этом есть что-то неправильное. Денис мог представить себе процесс создания картины только в самых общих чертах. Могли ли они реально представить, как хватают мальчиков за член? Совершенно неинтересно. Только Ад знает, что это такое. Им тоже нет дела до своих. Размышляя об этом, он заснул.

2. Игра в благородство

Он улыбнулся и сказал: «Когда-нибудь я сделаю то же самое для тебя.

Ф. Рассел. И никого не осталось

Утро выдалось солнечным. Он встал, заглянул в чемодан и вышел из комнаты. Бабушка встретила его радостно:

Поднялся голубь, думаю, разбудить его с дороги, чтобы он поспал. Хорошо ли ты спал?

— Ага, хорошо.

Ладно, каша в полотенце, молоко на столе, вода в умывальнике, я пошла заниматься домашними делами.

Чистка зубов была закончена, и он вышел из дома (туалет все еще был на улице). В курятнике (куры в смысле курятник) Таня кормила кудахчущих птиц. Шорты были те же, но футболка была новая. Она смотрела на него с удовольствием. Он не видел ее раньше. Теперь она знала, что чувствует без нижнего белья! Эти шорты открыли то, что было под ними! Он действительно не против посмотреть еще раз. И поближе. И он не мог наглядеться на сиськи. И ее задницу. Ее попка была круглой и аккуратной, как раз такой, как надо. И хотелось бы ее пощупать. Даже через шорты. И две руки, спереди и сзади. Денис вздохнул. Таня подняла голову.

— С добрым утром!

— Привет!

— Как спалось?

— Я хорошо спал. А ты? — Денис самодовольно усмехнулся. Этот человек знал, кто и почему хорошо спал! У него возникло искушение ткнуть ее в шорты и крикнуть: «А я видел!». И я видел. Он бы никогда не сделал такой глупости. Это, конечно, Дима, по которому он здесь скучает, чтобы было с кем поделиться. Димка внимательно слушал Дениса, когда тот рассказывал истории, смотрел на него завистливыми глазами, спрашивал: красивая? и Денис отвечал: вау! Кроме того, Димка лежит и отдыхает. Стараясь не выдать, о чем он думает, он смахнул с лица ухмылку.

Дверь была закреплена крючком, окно, на котором висела такая же занавеска, как и во всем доме, легко открывалось и закрывалось, денис опустошил свой чемодан от того, что считал самым необходимым, подумал. и осторожно вылез в окно. Когда стемнело, стрекотали кузнечики, и воздух наполнился запахом дров. Небо на севере было светлым, и так будет всю ночь, но комната Тани находилась на темной, южной стороне, рядом с комнатой Дениса. Поскольку свет у Тани все еще горел, она не спала. Хотя окно было слишком высоко, чтобы Денис мог дотянуться до него, он тихонько встал и подошел к нему. на одно из бревен, положенных вдоль стены для просушки. В нем не было щелей, и Денису пришлось встать на торчащий из стены штапик, предварительно проверив его на прочность. Теперь он хорошо видел комнату. Хотя он и сомневался, но кровать Тани стояла у окна, и Денис мог видеть все, а также лежащую на ней Таню, головой к двери (а ногами, следовательно, к Денису). Полностью укрывшись толстой простыней или тонким одеялом, она читала книгу. На ее плечах виднелась лямка, похожая на ту, что бывает на ночных рубашках. Денис с сожалением заметил: «Она уже изменилась». Он надеялся увидеть, как она это сделает. Было непонятно, оставила ли она свое нижнее белье. Ночная рубашка Тани была видна не больше, чем футболка, но выражение ее лица казалось достойным того, чтобы Денис стоял на одной ноге и бесстыдно смотрел на нее. Денис никогда раньше не видел такой красивой девушки. Перелистывая книгу, Таня вдруг остановилась, читая, ее глаза наполнились вниманием, она пожевала губу и вскоре перестала читать, отложила книгу в сторону и накрылась одеялом.

Она была задумчива, — решил Денис. Хотя ее тело было напряженно вытянуто, оно не показывало, что она внимательна. Голова Тани беспокойно качалась из стороны в сторону, волосы разметались по подушке, а все тело временами вздрагивало. В какую-то долю секунды Денис понял, что рука под одеялом четко вырисовывается из гладкого плеча прямо между ног Тани, именно там, подрагивая и постоянно смещаясь. Эта картина живо напомнила Денису то самое, что он делал каждый раз, когда у него на уме была девичья красота, и за что его в детстве наказывали, пока он не узнал, что есть только два места, где он может это делать — в постели, когда все спят, и в ванной, когда моется. Факт остается фактом: он мог оставаться один в ванной, но если он задерживался там слишком долго, его мать спрашивала: «У него запор?»? Но Денис был в недоумении, ведь девочки обычно отсутствуют в самом главном, где все это происходит. Сомнений у него больше не было. Таня одним движением отбросила одеяло, преграждавшее им путь, и Денис заметил это.

Пока одна рука сжимала простыню, другая задрала рубашку, обнажив пупок. быстрыми и плавными движениями она смяла и потерла ее. пизда — неприлично, пизда — неприлично. Слово «писька» он услышал однажды от кого-то из приезжих, и оно ему понравилось. В нем был звук и озорство, а пальцы Тани теребили то самое место, которое Денис никогда раньше не видел, если только это не был писающий ребенок. Когда колени задрожали, Денис чуть не упал со своей скобы, но схватил со стены вторую, за которую было легче держаться. Не отрывая взгляда от происходящего, Денис прислонился лбом к стеклу, считая, что теперь она его не видит. Стоя с ногами перед собой, она качала головой из стороны в сторону, ее пальцы безостановочно двигались как раз в том месте, где начиналась щель, тщательно обозначенная мальчиками на их рисунках, на вырванных листах тетрадей и на стенах ванной. Денис впервые получил возможность взглянуть на нее! Ему было приятно видеть, что волосы на киске сестры выросли только немного, сверху, и он мог видеть, какая она мягкая. Только что узнав, что такое половые губы, Денис наконец-то понял, что это такое. Рука сунулась в карман, чтобы поправить Бена, или Бена, как они с ребятами его называли, поскольку он уже некоторое время требовал освободить его. По мере того как он прикасался к нему, Денис начал понимать, что Бен готов и дрожит. После того, как он вернется в комнату, Денис собирался разобраться с этим. Но почему бы и нет? Он медленно, спокойно расстегнул брюки, вытащил наружу своего твердого и напряженного Бена и начал

» Все в порядке», — ответили они из-за живой изгороди, — «потому что все наши мужчины ушли на работу».

Некоторые из них над чем-то смеялись. Наконец я добрался до последнего дома. Остаток лета придется провести в этом домике, понял Денис. С вершины мансарды открывается прекрасный вид, но смотреть не на что, только на луг и лес. Сарай (или это не сарай? (Наверное, тогда баня). Через траву от дома девушка перебрасывала челнок с помощью бадминтонной ракетки. Денис знал, что расстояние может сильно повлиять на внешность. Однако по мере приближения к девушке Денис все больше интересовался ею. Стройная, длинная, наверное, на полголовы выше Дениса (что плохо, но они все в последнее время слишком выросли), короткие белые шорты (хуже купальника, но лучше джинсов), темные волосы до плеч, выразительная линия бедер, не как у худых детей, но и не как у крупнокостных старшеклассниц, ровные длинные ноги со спортивными икрами. Ее шорты обтягивали ее маленькую круглую задницу, когда она двигалась (Ах!). (Разве что чуть меньше), а ее верх состоял из двух половинок, даже не половинок, а чуть меньше, большого апельсина с очень заметными бугорками на вершине. Короткий, слегка вздернутый носик с пухлыми, выразительными губами и яркими, влажными глазами. Девочка изгибалась, подпрыгивала и качала головой в ответ на волан, совершенно не осознавая своей красоты и того, как сильно она поразила Дениса. Он даже замедлил шаги, чтобы баба Катя не заметила его изменившегося взгляда, когда он вновь обрел все свои мечты о крепком девичьем теле. Изящество и красота стройной фигуры вызывали у него желание взять ее в руки. Даже не задницу, и не перед, а только грудь, такую манящую к себе. Она была буквально обнажена, как будто сняла с себя все, но она была тусклой и неотчетливой, как воображение позволяет увидеть то, чего он никогда не видел раньше. Увидев их, девушка схватила челнок на своей ракетке и пошла к ним.

А вот и Денис», — радостно улыбнулась бабушка Катя. «А это Таня», — добавила она.

— Привет!» сказала Таня с улыбкой, не осуждающей, как это часто бывает у девушек, а скорее с некоторым вызовом.

Тогда Денис сказал: «Привет», не зная, что еще можно сказать.

— Вы играете в бадминтон? Денис понял, что ей скучно, после того как Таня спросила, может ли он с ней поговорить. Более того, он заметил, что она не знала, что делает с Денисом, открывая ему такое поразительное проявление женственности через футболку, где на отдельных полушариях виднелись выпуклые соски, что он никак не мог не обратить на это внимание. Девушка совершенно не осознавала, что она красива, и нисколько не кокетничала, считая свое тело совершенным и полагая, что другие так же равнодушны к ее груди и попке, как и она сама. Он пожал плечами, отводя взгляд. Девчачья игра, это глупо. Вот настольный теннис.

Мужчина только что приехал, он устал с дороги. Сейчас будем ужинать», — сказала бабушка Катя.

» Я собираюсь поиграть с тобой перед ужином», — резко объявил Денис. Эти груди были слишком дороги ему, чтобы отпустить их. И эти ноги. По пути вверх по лестнице он часто заглядывал ей под юбку, чтобы увидеть, что под ней, больше, чем она обычно показывала. Девочки бросали на него насмешливый взгляд и отходили от перил, когда видели это. Однако физкультура все еще была.

Бабушка Катя сказала: «Хорошо, но я быстро.

Денис играл хорошо, хотя часто промахивался, глядя не на шаттл, а на Таню, и старался посылать свои удары повыше, чтобы жадно смотреть на нее, а она красиво подпрыгивала, откинув голову назад, нижний край шорт был подоткнут еще выше, а ткань натянута на груди. В картошке Таня не переодевалась к ужину, поэтому Денис все равно мог видеть ее грудь, хотя и скрытую складками футболки. Потом баба Катя расспрашивала Дениса о его родителях, Таня сначала слушала, но в конце концов заскучала и ушла. Уже темнело, когда баба Катя, пришедшая в себя, стала показывать Денису, где что находится, повела его в его комнату, где уже стояла кровать, застеленная на высокой железной кровати, вывела за дом, указав на туалет, который, как и предполагал Денис, представлял собой одинокое деревянное строение. Денис был настолько одинок, что, если бы ему и пришла в голову такая мысль, он не смог бы там шпионить за сестрой. Но тут Денис увидел короткое занавешенное окно, за которым мелькнуло движение. Окно Тани. Когда я спросил ее, когда она ложится спать, она, кажется, спала. Я видел, как бабушка, пожелав ей спокойной ночи, уходила в свою комнату.

О том, что могло бы быть, если бы все прошло так, как вы хотели.

Этот рассказ был написан в соавторстве с другом в 1976 году, но он от него отказался. Недавно, услышав от начинающего сексолога, что все мужские фантазии отличаются однообразием, я обиделся за весь мужской род, сложил все это в файл, немного причесал стиль, выкинул некоторые теоретические изыскания, жена исправила ошибки, и в результате получилось то, что не стыдно показать другим. Степень автобиографичности объявлять не буду, не по каким-то серьезным причинам, а потому что считаю, что так было бы интереснее. Для тех, кто решится прочитать этот рассказ, напомню, что во времена, когда в России (тогда СССР) несколько десятилетий не было секса, несмотря на то, что некоторым людям удавалось нормально развиваться в этом смысле, было много тех, кто соблюдал все правила социалистического общества, и нарушение социалистической морали было для них чем-то очень серьезным, то есть таких отмороженных подростков, как Денис, было очень много. Если предположить, что описываемый возраст — тринадцать-четырнадцать лет, то напомню всем возражающим, что в то время, о котором идет речь, первая волна акселерации только начиналась, ссылаясь на антропометрию. Напомню всем, кто сомневается в способностях Дениса, что подобные эксцессы вполне естественны для подростков, особенно если у них крепкое телосложение. В спальне Тани можно найти только один анахронизм — кассетный магнитофон. Тогда они уже были, хотя и не являлись предметами обихода. Тем не менее, он есть в оригинальном тексте. ну, скажем так, поэтическая вольность. При редактировании есть вероятность, что я использовал сленговые фразы, которых в то время не существовало.

П РЕДУПРЕЖДЕНИЕ: Если вы не любите читать эротическую литературу, не любите чрезмерную экспрессию (не слишком много), считаете сексуальность взрослых неприемлемой, не читайте это произведение.

1. Приезд и удача первая

Современные оптические приборы позволяют нам наблюдать объекты размером с теннисный мяч с орбиты спутника

Выдержка из научно-популярной статьи

Приехав на вокзал, баба Катя поприветствовала Дениса. Он ее совсем не помнил. Она приезжала к ним в Москву несколько лет назад, и теперь он не смог бы отличить ее от любой другой задорной, маленькой старушки. Баба сама поспешила к двери вагона, помогла вытащить чемоданы родителей из тамбура и, после приветствий и споров, предложила понести их.

— Я рада тебя видеть Денисочка, я бы не хотела оставаться в этом пыльном городе. Кроме ягод, здесь можно ловить рыбу.

Денис не увлекается рыбалкой, но он не хотел возражать или объяснять, что он думает. Несмотря на неуверенность в том, что лично он будет делать, Денис видел лето как то, что он проведет в лесу и на чердаке.

— «Детей у нас почти нет, — продолжала бабушка, — деревня есть деревня, но до деревни недалеко. Вы можете пойти на реку со своим двоюродным братом и сестрой.

Денис навострил уши. Он только что вернулся из поездки в Ленинград, был с классом на экскурсии в Москве, а ее не видел. С одной стороны, девочка — это плохо. Ябеды и плаксы — это вообще плохо. Кроме того, Денис не знал, что говорить, когда рядом были девочки. Мелькнуть где-нибудь в толпе девичьей киской было бы восхитительно, но ему приходилось иметь дело с человеком, которого интересовало только это. С другой стороны. Хотя Денис не представлял, как он сможет потрогать знакомую девушку без штанов, а потом еще и посмотреть ей в глаза, не вызвав скандала в Москве и большой ругани от родителей, варианты были. Есть ли, например, баня? Вряд ли там есть баня? Или, например, когда она спит. Правда, ее еще надо увидеть. Красивых девушек было гораздо меньше, чем просто девушек.

— И у нее здесь есть подружка. Хорошая девушка.

Ну, подружка далеко. Они шли через луг, на дальнем краю которого возвышались черные мачты высоковольтной линии; потом почувствовали запах речной слизи, а затем увидели несколько серых бревенчатых домов, отделенных друг от друга необычайно большим расстоянием, засаженных всевозможной растительностью. Баба Катя сопровождала Дениса, шагая между домами, как на параде. Все три женщины, стоявшие перед ее домом, с гордостью узнали, что внук приехал из Москвы.