Высоцкий — дар небес. Но спиртное он пил не ведрами. Тайная семья Высоцкого

(из архива «Высоцколюбие»)

                «Так лучше, чем от водки…(?)»

     Знакомясь с поэтическим творчеством, я обнаружил, что самое первое стихотворение, достойное быть напечатанным в книге, было написано, когда Владимиру Высоцкому исполнилось 22 года. Писал ли он до этого периода – в доступной для меня литературе сведений не имеется. А может быть, что они весьма примитивны или чересчур матерные. Не нам судить, но факт есть факт. А, как известно, факт – упрямая вещь.
Прежде чем приступить к аналитической части моего тематического исследования, пара слов о поэтической стороне таланта выдающейся личности современности. Если к этому делу подойти математически, то получается, что Высоцкий писал стихи всего 20 лет. За это время (данные интервью для одной известной газеты) он написал свыше 800 стихов и песен. Это, стало быть, в год, если применить акушерский язык, рождалось около или свыше 40; в месяц – 3,33; в неделю – 0,83 и в день соответственно — 0,119  произведений (зарифмованных!). Вероятно, что именно такое количество имел в виду Плиней в своём крылатом выражении: «Ни дня без строчки». Вот так и Высоцкий: как говорится, курочка — по зёрнышку да по травинушке, а человек — по словечку да по строчечке, образно выражаясь, строит дом, имя которому СТИХ.
Каждый индивидуум должен иметь свою творческую лабораторию, к которой он, выражаясь химическими терминами, занимается анализом и синтезом, проводит свои исследования и опытные изыскания.
У Владимира Высоцкого такой творческой лабораторией являлся весь МИР, а его подопытными были ЛЮДИ, живущие рядом с ним и напротив, на соседней улице и на другом конце города, в близких и далёких городах и странах.
По-видимому, алкогольная проблема в обществе его как исследователя беспокоила сначала часто, потом постоянно бередила, не давала покоя, вела вперёд, требуя самовоспитания и самосовершенствования. «Пытливый ум почти сродни кроту», — точно подметил древний философ. Приглядываться к обозначенной нами теме Высоцкий начал давно.
Сегодня никто не скрывает, что определённое влияние на воспитание мировоззрения оказывает не только семья и школа, но и улица, и даже подворотня. Неформальная лексика, жаргонный примитивизм, незатейливость фабулы, поверхностность изложения сюжетных коллизий, использование расхожих эпитетов, отсутствие у персонажей глубины чувственных переживаний – через всё это прошёл и молодой, начинающий поэт-песенник. Вчитайтесь в написанное им в тот стартовый момент, который более известен как «время шестидесятников с гитарами в руках». Год 1961-ый (позволю себе процитировать два куплета, где автор допускает для пущей вящности орфографические и грамматические ошибки):
Красное, зелёное, жёлтое, лиловое,
Самое красивое – на твои бока!
А если что дешёвое – то новое, фартовое,-
А ты мне – только водку, ну и реже – коньяка.
Бабу ненасытную, стерьву неприкрытую,
Сколько раз я спрашивал: «Хватит ли, мой свет?»
А ты – всегда испитая, здоровая, небитая –
Давала мине водку и кричала: «Ещё нет!»
Год 1965-ый:
Друг подавал мне водку в стакане,
Друг говорил, что это пройдёт,
Друг познакомил с Веркой по пьяне:
Верка поможет, а водка спасёт.
Не помогли ни Верка, ни водка:
С водки – похмелье, а с Верки – что взять!
Лечь бы на дно, как подводная лодка, —
И позывных не передавать!..
Следует обратить внимание на то, как Высоцкий не навязчиво, исподволь, как истинный художник, лёгкими взмахами своего живописного пера рисует социальное неспокойствие тогдашнего общества, в котором имело место неравенство, порождающее чувство зависти (порой даже чёрной):
…Ничего, я им создам уют –
Живо он квартиру обменяет, —
У них денег – куры не клюют,
А у нас – на водку не хватает! 
Изобретателен Высоцкий и в портретизме его лихих персонажей, приводя нам лишь их высказывания. Это можно проследить, взяв в качестве примера пародию на плохой детектив, где в частности звучит следующее:
Епифан казался жадным, хитрым, умным, плотоядным –
Меры в женщинах и в пиве он не знал и не хотел.
В общем так: подручный Джона был находкой для шпиона, —
Так случиться может с каждым – если пьян и мягкотел!.. 
С этого момента давайте мы попытаемся подробнее разбираться в причинах и последствиях пьяной мягкотелости, используя богатый материал В.Высоцкого как глубинного исследователя глобального феномена человеческой натуры.
Итак, начнём, пожалуй, с истока, а именно – с побудительных моментов (в ряде случаев они могут трансформироваться в тривиальные желания). Хочется обратить внимание на то словесное изящество, которое демонстрирует поэт. Он задаёт вопрос и сам же на него отвечает:
Ну а если я средних масштабов –
Что же делать мне, как же мне быть?
Не могу игнорировать бабов,
Не могу и спиртного не пить!
В отличии от процитированного выше по тексту здесь между строк явно проглядывает уважительное отношение к представительницам прекрасной половины человечества, что можно расценивать и как искреннее желание поднять, говоря высокопарно, бокалы в их честь. Причина благородна и, значит, нисколько не корёжит наш слух неологическая рифма «бабов». Заметим, что данный повод наиболее встречаем не только в поэтическом творчестве, но и в реальной жизни.
Но человек многолик в своих переживаниях и сопереживаниях. Особенно человек нашего ближайшего окружения в пределах государственных рубежей. Ярким примером тому является песня под названием «Лекция о международном положении, прочитанная человеком, посаженным на 15 суток за мелкое хулиганство, своим сокамерникам». Главный герой, тщательно анализируя события, происходящие вокруг персоны Папы Римского, неоднократно с надрывом сетует, что он временно ограничен в пространстве и собственных действиях:
Жаль, на меня не вовремя накинули аркан, —
Я б засосал стакан – и в Ватикан!
Хочется, как бы мимоходом, не пропустить некоторые дельные советы барда, обращённые более к читателям и слушателям, нежели к эфемерной Весне:
Весна!.. Не дури –
Ни за что не пей вина на пари,
Никогда не вешай ключ на двери…
Иногда желания или, как мы их ранее назвали, «побудительные моменты» могут трактоваться банальными проходящими поводами, хотя они не являются таковыми. Вслушаемся в слова персонажа песни «Жертва телевидения»:
Да, я проникся – в квартиру зайду,
Глядь – дома Никсон и Жорж Помпиду!
Вот хорошо – я бутылочку взял, —
Жорж – посошок, Ричард, правда, не стал!
Справедливости ради надо сказать, что кроме перечисленных поводов, которые тесно переплетены с желаниями, в нашем несовершенном мире существуют объективные предпосылки, провоцирующие нетрезвое времяпрепровождение. Последнее зависит не от самого человека, не от его желаний и нежеланий, а от вынуждающих обстоятельств, которую я бы назвал «Обстоятельная вынужденность». И этот фактор не прошёл мимо поэта-аналитика, посвятившего две песни Аэрофлоту: первая –  «Москва — Одесса», вторая — «Через десять лет». Вот во второй-то и акцентировано положение, обусловленное задержками рейсов:
Но, слава богу, я не вылетаю –
В аэропорте время коротаю
Ещё с одним таким же – побратим, —
Мы пьём седьмую за день
За то, что все мы сядем,
И может быть – туда, куда летим.
Пусть в ресторане не дают на вынос,
Там радио молчит – там благодать, —
Вбежит швейцар и рявкнет: «Кто на Вильнюс!…
Спокойно продолжайте выпивать!»
Судя по песням и стихам, можно заметить, что автор тяготился вопросом – имеется ли на самом деле «философия пьянства», и если имеется, то где она зиждется, то есть где её трон или где её укромный уголок.
Это его интересовало и в 60-ые годы:
-Нет, жить можно, жить нужно и – много:
Пить, страдать, ревновать и любить, —
Не тащиться по жизни убого –
А дышать ею, петь её, пить!…
Надо так, чтоб когда подытожил
Всё, что пройдено, — чтобы сказал:
«Ну а всё же не плохо я пожил, —
Пил, любил, ревновал и страдал!
–и спустя почти 20 лет (см. стихи, адресованные другу барда Михаилу Шемякину):
Пьянели и трезвели мы
Всегда поочередно.
И бес водил, и пели мы,
И плакали свободно.
Пить – наши пьяные умы
Считали делом кровным, —
Чего наговорили мы
И правым, и виновным!   
Не обошёл автор своим вниманием и подготовительный период предстоящего процесса возлияния, иными словами – предтечи пьянки. Наиболее убедительно это прозвучало в песне «Про речку Вачу и попутчицу Валю»:
Проводник в преддверье пьянки
Извертелся на пупе,
То же и официантки,
А на первом полустанке
Села женщина в купе…
В этом же опусе он нарисовал финальный эпизод завершения упомянутого события по вполне объективным причинам:
-Суток пять – как просквозило, —
Море вот оно – стоит.
У меня что было – сплыло, —
Проводник воротит рыло
И за водкой не бежит.
Точными и характерными штрихами отразил автор произведения внутренние смятения души завистника, находящегося в отдалении от пиршества. В данном случае по случаю смотрин невесты, имеющих расхожее народное название «запой» – действо, которое обязательно сопровождается непомерным употреблением спиртных напитков:
Ох, у соседа быстро пьют!
А что не пить, когда дают?
А что не петь, когда уют
И не накладно?
Не удержался он и от следующих конституционных комментариев:
Сосед орёт, что он – народ,
Что основной закон блюдёт:
Что – кто не ест, тот и не пьёт, —
И выпил, кстати.
Все сразу повскакали с мест,
Но тут малец с поправкой влез:
«Кто не работает – не ест, —
Ты спутал, батя!»
Любопытно, что исследователь питейного искусства в песенных репортажах с места событий приводит перечень наименований, своеобразное меню горячительных химических растворов и настоев в контексте происходящего, а именно:
Сидели пили вразнобой
«Мадеру», «старку», «зверобой» —
и вдруг нас всех зовут в забой, до одного…  («Случай на шахте»);
То разуюсь, то обуюсь,
На себя в воде любуюсь – брагу кушаю… («Две судьбы»)
Мы пили всё, включая политуру, —
И лак, и клей, стараясь не взболтнуть.
Мы спиртом обманули пулю-дуру –
Так, что ли, умных нам не обмануть?!
Пью водку под орехи для потехи,
Коньяк под плов с узбеками, по-ихнему – пилав, —
В Норильске, например, в горячем цехе
Мы пробовали пить стальной расплав… («Летела жизнь»).
Было бы неправильным, если не отметить тот момент, как поэт сетует по поводу отсутствия культуры пития представителями определённых индивидуумов:
Я был завсегдатаем всех пивных –
Меня не приглашали на банкеты:
Я там горчицу вмазывал в паркеты,
Гасил окурки в рыбных заливных
И слёзы лил в пожарские котлеты.
Небезучастен он и к влиянию отдельных запретительных ограничений законодательного характера, вынуждающих вуалировать истинную суть образования кратковременных и малочисленных организаций членов человеческого сообщества:
Вот мы делаем вид
За проклятым «козлом»:
Друг костяшкой стучит –
Мол, играем, — не пьём.
А красиво ль втроём
Разливать под столом?
Или лучше – втроём
Лезть с бутылкою в дом?..
Где уж тут пировать:
По стакану – и в путь, —
А начнёшь шуровать –
Разобьёшь что-нибудь.
И соседка опять –
«Алкоголик» – орёт, —
А начнёшь возражать –
Участковый придёт.
Не сокрытым от его пытливого взора оказался и количественный фактор употребляемого в различных ситуациях, как в сказочных изображениях:
А стрелок: «Да это что за награда?!
Мне бы – выкатить портвейну бадью!»
Мол, принцессу мне и даром не надо, —
Чуду-юду я и так победю! («Песня про дикого вепря»),
так и обыденных житейских условиях:
Считать по-нашему, мы выпили не много –
Не вру, ей-бога, — скажи, Серёга!
И если б водку гнать не из опилок,
То чё б нам было с пяти-шести бутылок!.. («Милицейский протокол»).
Отрадно заметить наличие некой фантазийности в целенаправленном изучении обширного материала, дающего пищу для мозгов и главное – для дискуссий по поводу и без повода.
Ой, что деется! Вчерась траншею рыли –
Откопали две коньячные струи!
-Говорят, шпионы воду отравили самогоном,
Ну а хлеб теперь – из рыбной чешуи!..
Взвился бывший алкоголик,
Матерщинник и крамольник:
«Надо выпить треугольник!
На троих его! Даёшь!!»
Разошёлся – так и сыпет:
«Треугольник будет выпит! –
Будь он параллелепипед,
Будь он круг, едрёна вошь!»
Всего два примера, озвученных в «Песенке о слухах» и в  «Письме в редакцию телевизионной передачи «Очевидное – невероятное» из сумасшедшего дома – с Канатчиковой дачи». А какая тематика для обсуждений!
Пару слов стоит сказать и о том, как порой тяжко переживают лица, согрешившие в самый неподходящий и ответственный момент в их жизни. В частности, перед таможенным досмотром в аэропорту Шереметьево:
Стоял сначала – чтоб не нарываться:
Ведь спиртного лишку загрузил, —
Там впереди шмонали уругвайца,
Который контрабанду провозил…
Хорошо, что нашёлся человек – руководитель группы, пришедший на помощь в нужную минуту:
Сказал он тихо, делово –
Такого не обшаришь:
Мол, вы не трогайте его,
Мол, кроме водки – ничего, —
Проверенный товарищ!
А насколько тяжкими бывают последствия приёма спиртных напитков! В этом можно убедиться, прослушав «Притчу о Правде и Лжи»:
Часто, разлив по сто семьдесят граммов на брата,
Даже не знаешь, куда на ночлег попадёшь.
Могут раздеть – это чистая правда, ребята,
Глядь – а штаны свои носит коварная Ложь.
Глядь – на часы твои смотрит коварная Ложь.
Глядь – а конём твоим правит коварная Ложь.
Арабский мыслитель XIII века Абуло-Фарадж сравнивает человеческое опьянение с образами животных: сначала – павлин, потом – обезьяна, затем – лев и, наконец, — свинья. Это действительно соответствует поведению человека при опьянении. Но это тема для другого исследования. Мы же остановимся на том состоянии, которое уже в течение многих столетий подвергается тщательном изучении. Имя его – синдром похмелья.
Поэт-песенник внёс свою скромную лепту в описание этого тягостного состояния души:
В сон мне – жёлтые огни,
И хриплю во сне я:
«Повремени, повремени –
Утро мудренее!»
Но и утром всё не так,
Нет того веселья:
Или куришь натощак,
Или пьёшь с похмелья. («Моя цыганская»);
А у меня – и в ясную погоду
Хмарь на душе, которая горит, —
Хлебаю я колодезную воду,
Чиню гармошку, и жена корит («Смотрины»).
Способы выхода из этого состояния разработаны и продолжаются разрабатываться учёными и практическими врачами. Сам выпивающий народ продолжает идти непроторенными тропами. Сведения об примерах избавления от похмельного синдрома нашли своё почётное место в творческой лаборатории В.Высоцкого:
А друг мой гений всех времён,
Безумец и повеса, —
Когда бывал в сознаньи он –
Седлал хромого беса.
Трезвея, он вставал под  душ,
Изничтожая вялость, —
И бесу наших русских душ
Сгубить не удавалось…
Так поступает, судя по посвящению, известный скульптор – друг автора.
Вот я выпиваю, потом засыпаю,
Потом просыпаюсь попить натощак, —
И вот замечаю: не хочется чаю,
А в крайнем случае – желаю коньяк.
Всегда по субботам мне в баню охота,
Но нет – я иду соображать на троих…
Не стоит зацикливаться на прямой речи последней рекомендации, так как, по-видимому, это результат многочисленных обобщений. Некоторые исследователи творчества поэта трактуют следующие строки, как состояние после удачной опохмелки, предваряя фразой: «Стопочку выпил и…»:
Ну вот, исчезла дрожь в руках,
Теперь – наверх!
Ну вот, сорвался в пропасть страх
Навек, навек, —
Для остановки нет причин –
Иду, скользя…
И в мире нет таких вершин,
Что взять нельзя!
Оставим на их совести это прочтение стихотворных строк. Каждый судит в меру своей…
Ещё один аспект, который следует затронуть, — это семейные отношения в алкогольном ракурсе. И здесь нет единого подхода. Более приемлемый, на мой взгляд, заключен в песнях — переписке «Два письма», где заботливая жена пишет мужу, слёзно упрашивая:
Ты уж, Коля, там не пей – потерпи до дому, —
Дома можешь хоть чего: можешь – хоть в запой!
В ответ твёрдо и убедительно звучат мужнины уверения:
Водки я пока не пью – ну ни стопочки!
Экономлю и не ем даже супу я…
Худший, постепенно переходящий в ненужную склоку, способ отражён в «Диалоге у телевизора»:
А тебя, ей-богу, Вань,
Ну все друзья – такая рвань
И пьют всегда в такую рань
Такую дрянь!
Мои друзья – хоть не в болонии,
Зато не тащут из семьи, —
А гадость пьют – из экономии:
Хоть поутру – да на свои!
Вот мы и подошли к сакраментальному вопросу – пил ли сам автор. Здесь можно было бы привести цитату из песни «Невидимка»:
Однажды выпиваю – да и кто сейчас не пьёт! –
Нейдёт она: как рюмка – так в отрыжку, —
Я чувствую – сидит, подлец, и выпитому счёт
Ведёт в свою невидимую книжку.
Можно было бы… Но мы не будем уподобляться скоропалительным рассудителям. А лучше зададим трезвый (в нашем понимании) вопрос: «Почему В.Высоцкого пытаются уместить алкашом в алкогольные ряды?»
И попробуем сами порассуждать.
А кто сейчас не пьёт? Все пьют. Раньше добавляли, что, дескать, кроме совы, которая не пьёт, потому что магазины ночью не работают.
Это было, да быльём поросло. Нынешняя торговая сеть «24 часа» работает и ночью. И вообще – круглосуточно обеспечивает потребности народонаселения, в том числе и питейные.
Тогда меньше пили? Не скажите! Пили и после работы, и во время работы, а отдельные особи умудрялись и до работы. Под этим делом они и пилили, и строгали, и сваривали, и молотили, и возводили, и рулили, и покоряли, и… И что? ОТК уверенно печати ставило.
Описан конкретный случай, когда один рабочий в упомянутом состоянии перевыполнил дневную норму в пять раз, вышел с завода, прошёл метров пятьдесят, споткнулся, упал и… проснулся утром в тех же самых кустах, в которые упал накануне. И как и в чём он был одет – обут, в том и потопал, не теряя времени даром, к проходной, слегка поправив своей широкой пятернёй непослушные вихры. А там его уже репортёр с микрофоном наперевес у турникета ожидает (заводоуправление успело всё просчитать, доложить куда надо, а те решили, что сей трудовой подвиг достоин тиражирования):
-Как случилось – как так получилось, что Вы выточили в пять раз больше столь нужных для страны шпенделей?
-Не мог остановиться, — скромно произнёс тот и тут же брякнул (даже не успел откашляться): — Я, когда за воротник спиртику лишков заложу, становлюсь неуправляемым.
Сказать-то сказал, а с похмелья-то не заметил, что телекамера работает, не додумался, что говорит-то в прямом эфире.
И что ж вы думаете, как разворачивались события? Заводоуправы за голову схватились: с одной стороны – премию вручай да объявляй благодарность, а с другой стороны – лишай премии да пиши выговор в «Личное дело» за пребыванием на рабочем месте в нетрезвом состоянии. Вопрос – а может быть, он качество деталей не обеспечил – был отметён комиссией ОТК.
О, как! А исхитрились заводские мудрецы – затейники следующим образом: дали «стахановцу — стакановцу» два дня отгула, чтоб отдохнул от трудов праведных, а директор ему из личного кармана на пару бутылок отсчитал денежных средств, чтоб впредь держал язык за зубами.
Но вернёмся к теме настоящей работы.  Обратимся к высказываниям компетентных специалистов и деятелей в области культуры.
«Писательская правда – это когда нет разрыва между жизнью и жизнью. Между своей жизнью и жизнью народа», — так написал В.Надеин в газете «Известия» за 25.01.87г.
«Ведь что отличает поэзию Высоцкого? Высокая гражданственность. Активная позиция автора. Всё, что мешает, всё, что оскорбляет и порочит наше общество, — безжалостно высмеять! А высмеять – значит раздеть, обнажить гнилую сущность. Поэтому так велика очистительная сила его стихов и песен. Поэтому так много в них смешных, нелепых, глупых, попросту отвратительных персонажей. Только слепой, глухой может отождествлять их с личностью автора», — поделился своими размышлениями  известный кинорежиссёр Станислав Говорухин на страницах еженедельника «Собеседник» (№47 за 11.1986г.).
Валентин Толстых в журнале «Вопросы философии» № 7 за 1986 год в своей статье «В зеркале творчества» пишет:
«Явление – Владимир Высоцкий – сложное, противоречивое, озадачивающее многих и многим.
Впечатление от его многочисленных песен такое, что он попытался объять необъятное, что ему до всего и до всех есть дело… Это можно объяснить развитым чувством причастности поэта – причастности не по обязанности, а по строю души…
Широкая и устойчивая популярность Высоцкого совершенно необычного свойства, мало с чем сравнимая. Это популярность, как издавна её именуют, «народного любимца». Она заставляет всерьёз задуматься над тем, какую миссию выполняет (должна выполнять!) поэзия в наши дни и что значит быть художником, нужным людям. И почему поэзия такого рода — «низкая», «ироничная», «хлёсткая», «грубо мужская» и в то же время очень «тонкая», «хрупкая», «ранимая» – нашла столь широкий отклик.
Его творчество – непрерывный диалог с обыденным сознанием, которое он сделал поэтической реальностью, своей художественной материей.
У Высоцкого вы не найдёте ни одной пустой песни, бессмысленного куплета…
Стихи, песни должны войти не в уши, а в душу, считает Высоцкий. Для этого нужно говорить о том, что людей действительно волнует, и говорить так, чтобы они восприняли твои слова и мысли, как свои собственные.
Высоцкий любит человека, всегда старается его понять и готов (далеко не всегда!) простить, но он никогда ему не льстит, не угождает. Люди это чувствуют и отвечают ему взаимностью. Виктор Шкловский был прав: люди слушают Высоцкого и вспоминают, что они люди.
Нравственный человек живёт не мнением о себе и не самомнением, а правдой, то есть тем, что он представляет собой на самом деле. И воспитание прочно, надёжно, когда воспитывают правдой».
А.Колосов в газете «Молодой ленинец» (1986г.), продолжая эту линию, подмечает:
«Немало у него  песен на «алкогольную» тему. Но каких? Смехом, «комедийными» образами, по словам известного литературоведа Ю.Карякина, поэт показал пьянство «уже не как богатырство какое-то, а как безобразие, бедствие и страшный грех».
И.Дьяков в журнале «Смена» (1985) констатирует:
«Современные мещане бурно веселились, слушая «Диалог у телевизора», «Серёги», умирали со смеху при первых строчках «Милицейского протокола». Добродушно ухмылялись завистливые соседи, у которых вечно «на водку не хватает»… Самодовольные и высокомерные, «врубая» на всю мощь магнитофоны, не понимали, что сатира В.Высоцкого направлена на них».
И здесь уместно сравнить творчество В.Высоцкого с тем, что делал на эстраде, вернее сказать – на Большой Эстраде Народный артист СССР Аркадий Райкин.
А теперь попробуйте назвать поэта-песенника и композитора-песенника, которые создали бы песню в ключе антиалкогольной пропаганды.
О том, что сам В.Высоцкий не был любителем спиртного (хотя и приторговывал высказываниями насчёт бутылок), свидетельствуют мать – Нина Максимовна («Огонёк», 1986), Алла Демидова («Юность», 1982) и другие знавшие его.
«Так лучше, чем от водки и от простуд,
другие придут, сменив уют
на риск и непомерный труд,
пройдут тобой не пройденный маршрут»
– призывал В.Высоцкий в одной из песен к кинофильму «Вертикаль».
«Ректор студии МХАТа (где учился Высоцкий) Радомысленский как-то назвал Володю неисправимым сатириком», — вспоминает мать Высоцкого – Нина Максимовна («Огонёк», 1986).
«Он был человек «преждевременный», он раньше других осмелился громко называть вещи своими именами» – свидетельствуют С.Власов и Ф.Медведев в этом же уважаемом журнале.
Я уверен, что в будущем, когда люди научатся быть здоровыми, отомрут вредные традиции и даже в праздники, на торжествах пить алкоголь не будут, так как душевно здоровый, уравновешенный, разумный и культурный человек не будет стремиться к искусственным средствам возбуждения.
В завершении ещё одна цитата от дагестанского поэта Расула Гамзатова.
«Хвалю уменье пить вино,
для жизни, может быть,
важней умение одно:
совсем вина не пить».

Анализ провёл и подготовил к печати В.К.Цыкалов.
г.Саранск, 2006 год

Вошёл в авторский двухтомник «Парадоксальная геометрия жизни» (2006)