- Алексей Молчалин (Александр Грибоедов, «Горе от ума»)
- Перси Уэтмор. Стивен Кинг «Зеленная миля»
- . Петр Лужин (Фёдор Достоевский, «Преступление и наказание»)
- . Холден. Сэлинджер «Над пропастью во ржи»
- . Сергей Тальберг (Михаил Булгаков, «Белая гвардия»)
- . Алексей Швабрин (Александр Пушкин, «Капитанская дочка»)
- . Фома Опискин (Фёдор Достоевский, «Село Степанчиково и его обитатели»)
- . Виктор Комаровский (Борис Пастернак, «Доктор Живаго»)
- . Иудушка Головлев (Михаил Салтыков-Щедрин, «Господа Головлевы»)
- . Андрий (Николай Гоголь, «Тарас Бульба»)
- Анастейша Стил. Л. Джеймс «50 оттенков серого»
- 20 антигероев русской литературы. рейтинг
- . Фёдор Карамазов (Фёдор Достоевский, «Братья Карамазовы»)
- Афанасий Тоцкий (Фёдор Достоевский, «Идиот»)
- Руфь. Джек Лондон «Мартин Иден»
- Алёна Ивановна (Фёдор Достоевский, «Преступление и наказание»)
- Доллорес Амбридж. Джоан Роулинг «Гарри Поттер и Орден Феникса»
- Лидия и ее мать. Джейн Остин «Гордость и предубеждение»
- Лолита. Владимир Набоков «Лолита»
- Барыня (Иван Тургенев, «Муму»)
- Эмма. Флобер «Госпожа Бовари»
- Лакей Яша (Антон Чехов, «Вишневый сад»)
- Хилли. Кэтрин Стокетт «Прислуга»
- Павел Смердяков (Фёдор Достоевский, «Братья Карамазовы»)
- Клод Фролло. Виктор Гюго «Собор Парижской Богоматери»
- Герои-неудачники в русской литературе — персонажи и идеи в кино и литературе
- Десять самых мерзких литературных персонажей
Алексей Молчалин (Александр Грибоедов, «Горе от ума»)
Молчалин — герой «ни о чем», секретарь Фамусова. Он верен завету своего отца: «угождать всем людям без изъятья – хозяину, начальнику, слуге его, собачке дворника». В разговоре с Чацким он излагает свои жизненные принципы, заключающиеся в том, что «в мои лета не должно сметь свое суждение иметь».
Молчалин уверен, что нужно думать и поступать так, как принято в «фамусовском» обществе, иначе о тебе будут судачить, а, как известно, «злые языки страшнее пистолетов». Он презирает Софью, но готов ради угождения Фамусову сидеть с ней ночами напролет, играя роль возлюбленного.
Перси Уэтмор. Стивен Кинг «Зеленная миля»
Начнем с очевидного – мерзкая трусливая сволочь Перси, который своей заносчивой тупостью выводил из себя на протяжении всей книги. Особенно хотелось убить засранца после случая с Дэлакруа! Не знаю, как кто реагировал, но я прям видела, этого поганца на старой Закалке (в романе — электрический стул).
. Петр Лужин (Фёдор Достоевский, «Преступление и наказание»)
Лужин — ещё один из двойников Родиона Раскольникова, деловой человек 45-ти лет, «с осторожною и брюзгливою физиономией». Выбившись «из грязи в князи», Лужин гордится своей псевдообразованностью, ведет себя высокомерно и чопорно. Сделав предложение Дуне, он предвкушает, что она будет ему всю жизнь благодарна за то, что он «вывел её в люди».
Сватается к Дуне он тоже по расчету, полагая, что она будет ему полезна для карьеры. Лужин ненавидит Раскольникова, поскольку он противится их с Дуней союзу. Лужин же подкладывает Соне Мармеладовой в карман сто рублей на похоронах её отца, обвиняя её в краже.
. Холден. Сэлинджер «Над пропастью во ржи»
Не надо кидать в меня тапки! Да, это представитель бит-поколения, к которому я не принадлежу, но…до чего же меня выводил этот герой! Все ему не нравится, всех он ненавидит (хотя я тоже мизантроп), постоянно он сетует на мир. Эту миссию я предпочитаю выполнять самостоятельно и наблюдать, как это делают другие – увольте!
. Сергей Тальберг (Михаил Булгаков, «Белая гвардия»)
Сергей Тальберг — муж Елены Турбиной, предатель и приспособленец. Он с легкостью меняет свои принципы, убеждения, без особых усилий и угрызений совести. Тальберг всегда там, где легче жить, поэтому бежит за границу. Он бросает семью, друзей. Даже глаза (которые, как известно, «зеркало души»)
. Алексей Швабрин (Александр Пушкин, «Капитанская дочка»)
Швабрин — антипод главного героя повести Пушкина «Капитанская дочка» Петра Гринева. В Белогорскую крепость он был сослан за убийство на дуэли. Швабрин несомненно умен, но при этом коварен, дерзок, циничен, насмешлив. Получив отказ Маши Мироновой, он распускает о ней грязные слухи, на дуэли с Гриневым ранит его в спину, переходит на сторону Пугачева, а попав в плен к правительственным войскам, распускает слухи о том, что Гринев — предатель. В общем и целом — дрянь человек.
. Фома Опискин (Фёдор Достоевский, «Село Степанчиково и его обитатели»)
Фома Опискин — крайне негативный персонаж. Приживальщик, лицемер, врун. Он старательно изображает набожность и образованность, рассказывает всем о своем якобы аскетическом опыте и искрит цитатами из книг… Когда он заполучает в свои руки власть, то показывает свою истинную суть.
«Низкая душа, выйдя из-под гнёта, сама гнетёт. Фому угнетали — и он тотчас же ощутил потребность сам угнетать; над ним ломались — и он сам стал над другими ломаться. Он был шутом и тотчас же ощутил потребность завести и своих шутов. Хвастался он до нелепости, ломался до невозможности, требовал птичьего молока, тиранствовал без меры, и дошло до того, что добрые люди, ещё не быв свидетелями всех этих проделок, а слушая только россказни, считали всё это за чудо, за наваждение, крестились и отплёвывались…».
. Виктор Комаровский (Борис Пастернак, «Доктор Живаго»)
Адвокат Комаровский — негативный персонаж романа Бориса Пастернака «Доктор Живаго». В судьбах главных героев — Живаго и Лары, Комаровский является «злым гением» и «серым кардиналом». Он виновен в разорении семьи Живаго и в гибели отца главного героя, он сожительствует с матерью Лары и с самой Ларой.
. Иудушка Головлев (Михаил Салтыков-Щедрин, «Господа Головлевы»)
Порфирий Владимирович Головлев, прозванный Иудушкой и Кровопивушкой,— «последний представитель вымороченного рода». Он лицемерен, жаден, труслив, расчетлив. Он проводит жизнь в бесконечных кляузах и тяжбах, доводит до самоубийства сына, при этом имитирует крайнюю религиозность, читая молитвы «без участия сердца».
. Андрий (Николай Гоголь, «Тарас Бульба»)
Андрий — младший сын Тараса Бульбы, героя одноименной повести Николая Васильевича Гоголя. Андрий, как пишет Гоголь, с ранней юности стал ощущать «потребность любви». Эта потребность его и подводит. Он влюбляется в паночку, предает и родину, и друзей, и отца.
Андрий признается: «Кто сказал, что моя отчизна Украина? Кто дал мне её в отчизны? Отчизна есть то, чего ищет душа наша, что милее для неё всего. Отчизна моя – ты!… и всё, что ни есть, продам, отдам, погублю за такую отчизну!». Андрий — предатель.
Анастейша Стил. Л. Джеймс «50 оттенков серого»
Ну как, ее можно воспринимать нормально? Глупость – это, конечно, не грех, но глупость на том уровне, который проявила Анасейша – явное преступление! Серьезно, ее реплики вызывали прямо-таки гамлетовский вопрос: «Инфантильность или олигофрения?». Короче, господа, чтобы добраться до постельных сцен, вам придется пережить танталовы муки, которые, в итоге, не стоят того.
20 антигероев русской литературы. рейтинг
В образе Кабанихи, одного из центральных персонажей пьесы «Гроза» Островский отразил уходящую патриархальную, строгую архаику. Кабанова Марфа Игнатьевна, – «богатая купчиха, вдова», свекровь Катерины, мать Тихона и Варвары.
Кабаниха очень властная и сильная, она религиозна, но больше внешне, так как не верит ни в прощение, ни в милосердие. Она максимально практична и живет земными интересами.
Кабаниха уверена, что семейный уклад модет сохраняться только на страхе и приказах: «Ведь от любви родители и строги-то к вам бывают, от любви вас и бранят-то, все думают добру научить». Уход прежних порядков она воспринимает как личную страгедию: «Так-то вот старина и выводится…Что будет, как старшие перемрут,…уж и не знаю».
. Фёдор Карамазов (Фёдор Достоевский, «Братья Карамазовы»)
На первом месте в нашем рейтинге — Карамазов-отец. Фёдор Павлович не долго живет в романе Достоевского, но описание его «подвигов» возводит этого персонажа на антипьедестал героизма. Он сластолюбив, жаден, завистлив, бестолков. К зрелости обрюзг, стал много пить, открыл несколько кабаков, сделал своими должниками многих земляков…
Афанасий Тоцкий (Фёдор Достоевский, «Идиот»)
Афанасий Тоцкий, взяв на воспитание и иждивение Настю Барашкову, дочь скончавшегося соседа, в итоге «сблизился с ней», развив в девушке суицидальный комплекс и косвенно став одним из виновников её гибели. Крайне падкий до женского пола, в возрасте 55 лет Тоцкий задумал связать свою жизнь с дочерью генерала Епанчина Александрой, решив выдать Настасью за Ганю Иволгина. Однако ни то, ни другое дело не выгорело. В итоге Тоцкий «пленился одной заезжей француженкой, маркизкой и легитимисткой».
Руфь. Джек Лондон «Мартин Иден»
Слова и поступки этой героини заставляли прямо в метро выкрикивать: «Мартин, не ведись! Пошли ее к черту!». Руфь очень напоминает Дэйзи из романа «Великий Гэтсби», но если героиня Фицджеральда скрывала свою суть до последних глав, то Руфь явила свое амплуа глупой, консервативной девушки с предубеждениями, еще на первых страницах.
Алёна Ивановна (Фёдор Достоевский, «Преступление и наказание»)
Старуха процентщица — персонаж, ставший нарицательным. Даже те, кто не читал романа Достоевского, слышали про неё. Алена Ивановна по нынешним меркам не так и стара, ей «лет 60», но автор описывает её так: «…сухая старушонка с вострыми и злыми глазками с маленьким вострым носом… Белобрысые, мало поседевшие волосы ее были жирно смазаны маслом.
На ее тонкой и длиной шее, похожей на куриную ногу, было наверчено какое-то фланелевое тряпье… ». Старуха процентщица занимается ростовщичеством и наживается на горе людей. Она берет под огромные проценты ценные вещи, третирует свою младшую сестру Лизавету, бьет её.
Доллорес Амбридж. Джоан Роулинг «Гарри Поттер и Орден Феникса»
Это вообще фантастически ненавистный типаж руководителя! Мелкая злобная душонка, которая может кичится своей «силой» только перед теми, кто, по какой-то причине, не может ответить. Наверное, многие впервые познали ненависть именно благодаря этому персонажу.
Лидия и ее мать. Джейн Остин «Гордость и предубеждение»
Не знаю, кто раздражал меня больше: Лидия или ее мамаша. Наверное — обе, так как имея абсолютно разный возраст, они были, на удивление, одинаково глупы и инфантильны. Правда если поступки матери вызывали реакцию «рука-лицо», то Лидию хотелось откровенно придушить. А что? Невелика была бы потеря для общества и семьи.
Лолита. Владимир Набоков «Лолита»
И я не буду делать скидку на возраст! Это чертовски бесящий персонаж! Конечно, ей было в кого пойти – ее мать тоже отличилась негативным проявлением, но ту хотя бы не долго пришлось терпеть. То ли дело Лолита — раздражала до победного конца! Вместе с Гумбертом. Да, он тоже мерзкий! Эта парочка идеально подходила друг-другу.
Барыня (Иван Тургенев, «Муму»)
Все мы знаем печальную историю про то, что Герасим утопил Муму, но не все помнят, почему он это сделал, а сделал он это из-за того, что так ему приказала сделать деспотичная барыня. Эта же помещица до этого выдала прачку Татьяну, в которую был влюблен Герасим, за пьяницу башмачника Капитона, чем сгубила обоих.
Эмма. Флобер «Госпожа Бовари»
Что-то мне кажется, что тут подборка глупых, самовлюбленных и заносчивых женщин, с непонятной тонкой душевной организацией. Но это бесит! Мировоззрение Эммы, к примеру, такая же мерзость, как и она сама. Я такая несчастная и одинокая – вот тебе муж! Теперь я бедная в ужасном доме – вот тебе деньги, переделывай дом как вздумается!
Лакей Яша (Антон Чехов, «Вишневый сад»)
Лакей Яша в пьесе Антона Чехова «Вишневый сад» — персонаж малоприятный. Он откровенно преклоняется перед всем иностранным, при этом он крайне невежественен, груб и даже хамоват. Когда к нему из деревни приходит мать и целый день ждет его в людской, Яша пренебрежительно заявляет:
«Очень нужно, могла бы и завтра прийти». Яша на людях старается вести себя прилично, пытается казаться образованным и воспитанным, но при этом наедине с Фирсом говорит старику: «Надоел ты, дед. Хоть бы ты поскорее подох». Яша очень гордится тем, что жил за границей.
Иностранным лоском он покоряет сердце горничной Дуняше, но пользуется ее расположением для своей выгоды. После продажи имения лакей уговаривет Раневскую снова взять его с собой в Париж. В России ему оставаться невозможно: «страна необразованная, народ безнравственный, притом скука…».
Хилли. Кэтрин Стокетт «Прислуга»
О, эта дамочка попортила мне карму, тут и скрываться нечего. Но до чего же противная личность – как к твоей чашке прикасаться, так увольте черную прислугу, а то что эта черная прислуга ребенка твоего на руках таскает (между прочим чаще, чем родная мать) так это нормально. Гремучая смесь стервозности и предубеждений!
Павел Смердяков (Фёдор Достоевский, «Братья Карамазовы»)
Смердяков — персонаж с говорящей фамилией, по слухам, незаконнорожденный сын Фёдора Каррмазова от городской юродивой Лизаветы Смердящей. Фамилия Смердяков была дана ему Фёдором Павловичем в честь матери. Смердяков служит в доме Карамазова поваром, при этом готовит он, судя по всему, неплохо.
Однако это «человек с гнильцой». Об этом говорят хотя бы рассуждения Смердякова об истории: «В двенадцатом году было на Россию великое нашествие императора Наполеона французского первого, и хорошо, кабы нас тогда покорили эти самые французы, умная нация покорила бы весьма глупую—с и присоединила к себе. Совсем даже были бы другие порядки». Смердяков — убийца Карамазова—отца.
Клод Фролло. Виктор Гюго «Собор Парижской Богоматери»
Этот роман собрал довольно весомую коллекцию мерзких персонажей. Начиная с Эсмеральды, от чьих поступков и мыслей касательно Феба, я, не стесняясь попутчиков, просто орала: «Дура!» и заканчивая горожанами. Но мы разбавим женские ряды, мерзостью этого мужского образчика.
Герои-неудачники в русской литературе — персонажи и идеи в кино и литературе
Только поросшая мхом могилка в самом дешёвом месте кладбища, возможно, напомнит о жившем когда-то маленьком сером человечке. Однако в Великой Русской Литературе описано невероятное множество таких индивидуумов, из-за чего создаётся впечатление, что сама идея быть неудачником является российским аналогом Американской Мечты.
Составлять нумерованный список по аналогии с журнальным чартом бесполезно, так как понятие «лидирующая позиция в списке» противоречит сабжу статьи. Поэтому будем считать, что все экземпляры стоят на одном уровне:
- Акакий Акакиевич, незабвенный герой гоголевской «Шинели» (в конце повести Акакий исправился, однако счастье длилось недолго, ибо главный герой был ограблен и, лишившись тёплой шинельки, простудился и отошёл в мир иной).
- Карандышев из «Бесприданницы» и Катерина из «Грозы» Островского.
- Персонажи Достоевского: Мармеладов, Лебедев, Фердыщенко… тысячи их!!!
- Персонажи А. П. Чехова (но Антон Палыч, в отличие от господина Достоевского, троллит неудачников, вместо того чтобы проявлять понимание и сочувствие): Иван Дмитрич Червяков из рассказа «Смерть чиновника»; Раневская и её семейка из «Вишневого сада»; дядя Ваня; Треплев из пьесы «Чайка»; Иван Лаевский («Дуэль»); Иван Громов («Палата № 6») и доктор Рагин, заразившийся от пациента и угодивший туда же; мальчик Володя из одноимённого рассказа, не выдержавший всех своих фейлов и покончивший жизнь самоубийством.
- Максим Горький тоже не брезговал сабжами: Барон («На дне») и Клим Самгин гарантируют.
- Илья Ильич Обломов, Александр Адуев и Борис Райский, протагонисты гончаровской трилогии «ОБ…».
- Незабвенная семейка Головлёвых за авторством Михаила Евграфовича Салтыкова-Щедрина.
- Бернард Маркс, герой произведения Олдоса Хаксли «О дивный новый мир»: завистлив, ревностен, постоянно недоволен своей жизнью.
- И, конечно, такие весьма известные персонажи — как Ленский и Онегин Пушкина и Грушницкий Лермонтова.
Список можно продолжать до бесконечности, он будет настолько велик, что его даже лучше будет скрыть.
В зомбоящике яркий пример уже сабжевого неудачника — Сергей Юрьевич Беляков.
Источник
Десять самых мерзких литературных персонажей
Мерзкие, отвратительные персонажи, после которых тошнит и хочется помыть руки, — это, наверное, самая большая удача писателя, показатель литературного таланта.
Мерзкие — слишком омерзительные, чтобы их можно было делить на плохих и хороших. Они иногда вызывают просто отторжение, иногда удивление от того, такое существо могла породить чья-то фантазия, иногда — подсознательный страх. Но никогда не оставляют равнодушными.
Для того, чтобы создать по-настоящему омерзительного героя, от которого читателя реально затошнит, нужно не только уметь строить диалоги, описания и сюжетную схему. Нужен талант и вдохновение.
Урия Хип
«Жизнь и приключения Дэвида Копперфильда,рассказанная им самим» (1849)
Чарльз Диккенс (1812—1870)
Этот персонаж омерзителен до гротеска — внешне и внутренне. Эталон мерзкого героя.
Диккенс дает понять, как неприятно было находиться рядом с таким человеком, даже просто смотреть на него.
«Его физиономия напоминала лицо мертвеца, бровей у него почти не было, ресниц не было вовсе, а карие глаза с красноватым оттенком, казалось, совсем лишены век»
И — дальше штрихи: «все его тело от подбородка до башмаков извивалось как змея», «скелетообразная, холодная, липкая рука».
Какое-то пресмыкающееся в человеческом облике.
Но этого мало для настоящего отвращения, для полноты картины. Он и ведет себя как пресмыкающееся — льстит, подхихикивает, пресмыкается, — только и ждет момента, чтобы заглотить зазевавшегося простачка. И сколько бы его не называли «жертвой системы и воспитания», все равно, чувство, которое он вызывает – это омерзение.
Михаил «Ромашка» Ромашов
«Два капитана» (1944)
Вениамин Каверин (1902—1989)
Этот тип — «Урия Хип» в советской действительности. Именно с Урией сравнивает Ромашку автор, что само по себе дает богатую почву воображению — понятно, что с такой мерзостью хорошего человека не сравнивают. Правда, в отличие от Хипа, Ромашов не так отвратителен внешне, но и для него нашлось несколько говорящих характеристик: «довольно страшная и несимпатичная морда», «кошачьи желтые космы» и так далее.
Но основная мерзость у него внутри, как гной в нарыве. Это про таких говорят «пойдет по трупам» — причем, в случае с Ромашкой — даже по трупам друзей. Он предает, наушничает, подлизывается к сильным, издевается над слабыми, роется в чужих вещах, занимается ростовщичеством — еще будучи маленьким мальчиком. А когда вырастает, превращается в первостатейную мразь, прикрывшуюся погонами.
В романе у Миши Ромашова есть еще один «близнец», правда, гораздо старше по возрасту — как бы перспектива развития самого Ромашки. И если ребенка довольно сложно описать по-настоящему противным, то вот для Николая Антоновича писатель подобрал несколько смачно-омерзительных деталей. Его толстые пальцы, когда он шевелит ими, напоминают «каких-то волосатых гусениц, кажется, капустниц», на лице его неизлечимые угри, а во рту — золотой зуб, как стоматологический символ всего фальшивого и неестественного.
Порфирий Владимирович «Иудушка» Головлев
«Господа Головлевы» (1875—1880)
Михаил Салтыков-Щедрин (1826—1889)
Елейный, сладкий и липкий, словоблуд и подхалим, высасывающий как пиявка соки из всей своей семьи — досуха, домертва. Чуждый жалости, любви, сочувствия. Ядовитый плющ, сорняк, который своей гибкой и цепкой корневой системой подпитывается от благородных растений.
«Порфирий Владимирыч известен был в семействе под тремя именами: Иудушки, кровопивушки и откровенного мальчика… С младенческих лет любил он приласкаться к милому другу маменьке, украдкой поцеловать ее в плечико, а иногда и слегка понаушничать»
Этот герой вызывает не только омерзение, но и какой-то подсознательный страх. Ни в запоздалое раскаяние Иудушки, ни в искупление одиночеством и смертью его грехов — не верится. Тот герой, которого создал Салтыков-Щедрин таких чувств испытывать не мог.
Чарльз Огастес Милвертон
«Возвращение Шерлока Холмса» (1905)
Артур Конан Дойль (1859—1930)
Милвертон – шантажист, человек, не останавливающийся ни перед чем ради наживы. Он готов погубить любого, если ему предоставят такую возможность, дадут только малейший шанс. Правда, в отличие от большинства мерзких персонажей, Чарльз Огастес обладает довольно приятной и интеллигентной внешностью.
«Не испытывали ли вы, Ватсон, стоя перед змеями в зоологическом саду, гадливости и омерзения при виде этих скользких, ядовитых тварей с их ледяным взглядом и злыми плоскими мордами? Именно такие чувства заставляет меня испытывать Милвертон. За время своей деятельности я приходил в соприкосновение с пятьюдесятью убийцами, и худший из них никогда не вызывал у меня такого отвращения, как этот молодчик»
Опять змеи, опять омерзение. Впрочем, не удивительно – сталкиваясь с тварью, в которой нет ни капли человечности, хочется сравнивать ее с чем-то издревле опасным, противным и ядовитым. С чем-то, не имеющим души. Опасная гадина.
Перси Уэтмор
«Зеленая миля» (1996)
Стивен Кинг (род. 21 сентября 1947)
Небольшого роста, женственный и трусливый, этот герой оказывается надзирателем. Вот уж где можно развернуться настоящему подонку — так это в тюрьме, в роли надзирателя. Да еще в отделении смертников. Тем более, если твой дядя — губернатор штата. Все сошлось. Произвол Перси, такого Наполеончика, считавшего, что ему позволено вообще всё, стал кошмаром не только для заключенных, но и для других надзирателей. В том месте, где Перси наступает на дрессированного мышонка, мало у кого не чешутся руки вырвать этой мрази ногу. Какое счастье, что его все-таки настигло наказание. Как жаль, что это бывает так редко.
Петр Степанович «Петруша» Верховенский
«Бесы» (1872)
Федор Достоевский (1821—1881)
Петр Верховенский — мерзавец-шут, хладнокровный, циничный и опасный, прикрывающийся личиной простачка. Тип «холодной» мрази. Мелкий бес — гаденький, но и страшный в своей жестокости и беспринципности. Балаганный бес.
Булгаков писал о Петруше:
«Он циник, который откровенно презирает и водит за нос свои „пятерки“, рассматривая их как пушечное мясо… Как будто у него кем-то выедено нравственное нутро, а в мозгу засела одна лишь фанатическая и фантастическая идейка»
Классическая сцена как образец цинизма Петра Верховенского — это момент, когда он ест курицу, дожидаясь самоубийства своего приятеля Кириллова. Но это не апофеоз его мерзости, а всего лишь один из множества фактов.
Медсестра Милдред Ретчед
«Пролетая над гнездом кукушки» (1962)
Кен Кизи (1935—2001)
Как и работа надзирателя в тюрьме, работа медсестры в заведении для душевно-больных часто привлекает людей с нереализованными садистскими наклонностями. Милдред Ретчед — не исключение. Средних лет, не-реализовавшаяся как женщина и не имеющая на это шансов, Ретчед устроила в своем отделении настоящую диктатуру. Холодная и четкая, как пуля. Резкая и быстрая на расправу, как хлыст. Жестокая и не склонная к сочувствию. Эта женщина похожа даже не на змею, а на какую-то хищную глубоководную рыбу, так и подмывает проверить: кровь ли у нее внутри или зеленая мерзкая жижа. От нее остается во рту рвотный привкус железа, от которого очень трудно избавиться. Реально страшный персонаж — женщина, которая ни перед чем не остановится.
Маргарет Уайт
«Кэрри» (1974)
Стивен Кинг (род. 21 сентября 1947)
Маргарет Уайт (мама девочки, обладающей способностями к телекинезу) явно больна на голову. Но даже если повторять себе это после каждого прочитанного предложения: отвращения подавить не удается.
Да, больная, религиозная фанатичка, да, женщина, брошенная мужем с ребенком на руках. Да, сложная судьба. Но вызывает она не жалость и сочувствие, а страх и брезгливость. Как будто в темноте случайно потрогал жабу.
Женские типажи тварей вообще вызывают более сильное отвращение, чем мужские. Даже сама её дочь Кэрри до последнего верит, что мама пожалеет ее, обнимет и простит — и тогда ее беспросветная жизнь станет хоть чуточку легче.
«…а Бог создал Еву из ребра Адама, — закончила мама, глядя на нее из-за стекол очков своими огромными, словно очищенные яйца вкрутую, глазами, и ударила ее ногой»
Эти глаза, похожие на яйца вкрутую — всё, образ готов. Нас всех тошнит.
Голлум (Смеагол)
«Властелин колец» (1954—1955)
Дж. Р. Толкиен (1892—1973)
Герой, которого по-русски почему-то обозвали Горлумом. Бывший хоббит, подчинившийся Кольцу Всевластья, которое не в лучшую сторону изменило как его характер, так и внешность.
Голлум убил своего брата, чтобы завладеть Кольцом, не останавливался ни перед какими преступлением и предательством. Его мерзость далеко не исчерпывается внешностью — можно даже сказать, что гнить он начал изнутри, а тело его приобрело характерные для гадов цвет и фактуру уже в последствии, во время жизни в темных мокрых пещерах. Трусливый и скользкий, живущий в пещере падальщик, нападающий только в темноте.
Его тоже можно было бы пожалеть. Но кроме отвращения никаких чувств к нему почему-то нет. Интересно, что Толкиен, несколько раз переписывая трилогию, каждый раз немного менял своего персонажа, то есть делал его все более отвратительным подземным гадом.
Жан-Батист Гренуй
«Парфюмер» (1985)
Патрик Зюскинд (род. 26 марта 1949)
Этот персонаж — не совсем человек в общепринятом смысле. Он обладает сверхспособностями, но не обладает обычными человеческими качествами — всё в нем извращено и подчинено его дару, его страсти, его отклонению. И весь мир он видит через призму запахов.
Хорошее — это то, что пахнет хорошо, плохое — то, что плохо. Если можно забрать себе хороший запах, то какая разница, умрет ли при этом человек?
Жан-Батист начал свой земной путь в куче гниющей рыбы — и, видимо, в процессе младенческого импринтинга настолько впитал в себе это первое впечатление, что и сам чем-то стал похож на зловонную кучу.
Источник: http://www.fastcult.ru
