Какие сейчас существуют гендеры? | GQ Россия

Как нам пытаются доказать противники гендерной теории, полов — as in «sex» — всего два. Мы не знаем, почему они пытаются — мы знаем, что их два. Ну, не считая андрогинов–гермафродитов, которых мы не считаем. Пол — это гены и гениталии, которые достались при рождении.

Но гендер — as in «gender» — это не пол, не биологический, а социальный конструкт. Все те расплывчатые нормы, стереотипы, модели поведения, формы взаимодействия с окружающими и предписанного самоощущения, которые накладываются конкретным обществом в конкретный момент времени. Два доминирующих гендера в современных цивилизациях, разумеется, мужской и женский. Ключевой их атрибут — те же самые гениталии. Так гендер цепляется за пол — к этой фразе мы ещё вернёмся.

Для людей, у которых самоидентификация и пол совпадают, придумали термин «цисгендерный». Цис–женщина — или как говорили наши славные предки, просто, «женщина» — это которая с женскими хромосомами и гениталиями. Соответственно транс–женщина — «женщина, получившаяся в результате перехода», транзишна.

Трансов можно разделить на два условных подмножества, часто пересекающихся: те, кого по каким–то причинам вообще не радует соответствовать дефолтному гендеру своего пола, и те, кому хочется соответствовать дефолтному гендеру противоположного.
Первые — когда мальчика заебало быть мальчиком, ему не нравится вся эта хуйня под вывесками «ты же мужик» и «будь мужиком» настолько, что либо вешаться, либо пробовать стать девочкой. В эту группу входят все люди с гендерной дисфорией — это когда половые признаки своего тела вот вообще не радуют, вгоняют в ту же самую депрессию, самоотторжение, сэлфхарм итд, то есть проявления клинические.
Вторые — когда мальчику просто настолько нравятся девочки, что он хочет стать таким же: нежным, красивым, чтобы о нём все заботились и любили; это чуть–чуть ирония, но на самом деле горькая правда, конечно.

В основе лежит именно самоидентификация, а потому разным людям хватает разных изменений, разной степени перехода–транзишна. У транс–девочек, которые успели сесть на гормоны в 18–20 лет, тупо отрастает женская грудь, чуть ли не полноразмерная, сохраняется высокий голос, а член не то чтобы прям совсем превращается в клитор — из которого собственно вырос — но начинает выполнять его функции. Поскольку за оргазм у биологического мужчины отвечает простата, грубо говоря нет необходимости отрезать член: транс–девки получают оргазмы от пенетрации как обычные девки, иногда даже без стимуляции неоклитора. Кому–то член всё–таки мешает, и если позволяют финансы, они ложатся под нож. Насколько я понимаю, сделать из члена вагину относительно несложно и чувствительность остаётся; не уверен, не интересовался.
Транс–мальчики, у которых успели отрасти сиськи, их отрезают. Подозреваю, что члены себе пришивают не очень многие, но не владею статистикой, не интересно. На такого мальчка можно посмотреть здесь, я устал таскать его из поста в пост; там всё мирно, без порнухи, нормальный мужик, который кстати пришивать не стал, так что да, у него там под штанами этцамое.

Как кое–кто тут знает, женщины бывают гетеро — раньше их тоже называли просто «женщины» — и лесби. Приставки суммируются: цис–гетеро и транс–гетеро интересуются мальчиками, цис–лесби и транс–лесби интересуются девочками. Учитывая неопределённость понятия «переход» и предвосхищая следующий вопрос — да, так можно было: отрастить сиськи, оставить вполне даже работающий член, бросить весь этот токсичный мужской гадюшник и продолжить заводить отношения и секс с женщинами. Живите теперь с этим.

Гендеры как социальные конструкты были всегда, их просто не отделяли от пола, под них не было термина. Трансгендеры — аналогично, и в отсутствии термина их вписывали в ближайшие подходящие группы. Очевидно, что многих пассивных цис–геев сейчас отнесли бы к транс–женщинам; в этом плане крайне нагляден персонаж Джареда Лето из Dallas Buyers Club. И лесби многих сейчас назвали бы гетеро–транс–мужчинами.

Теперь вернёмся к фразе «так гендер цепляется за пол». Помимо трансов есть ещё всякие небинарные гендерфлюиды, которые просекли смешную фишку: да в общем не цепляется. Это ж вопрос самоидентификации и поведенческих моделей, а не что у тебя в трусах. И он не зафиксирован ни во времени, ни в пространстве.
Потому если хочется сегодня «чувствовать себя девочкой», а точнее перенять какие–то «женские» гендерные атрибуты — тебе никто не мешает, вот платьишко, вот помада. Захочешь завтра мальчиком — не проблема, бери семейники, пузо из–под майки–алкоголички, шлёпанцы на носки, будь мальчиком. Некоторым гуру даже помада и шлёпанцы не требуются, достаточно обозначить окружающим, кем они себя сейчас ощущают / желают ощущать. Для этого, кстати, и нужны местоимения, которые мы все так ненавидим.
Ну и конечно всё это работает только в среде людей, придерживающихся тех же конвенций — то есть среди своих. На западе их много, зумеры на западе — думаю, уже большинство. Не в смысле что все поголовно меняют гендеры, а в смысле если чувак говорит «я сегодня она», ему отвечают «да не вопрос, Петенька. Пиво–то принесла?» И может быть даже добавляют «иди на коленочки».

При таком раскладе дефолтные «(гендер–)мужчина» и «(гендер–)женщина» становятся скорее ориентирами. Потому ещё говорят, что гендер — это не чёткое определение, а положение на спектре между М и Ж.
На каких–то частях спектра термин «транс» теряет смысл — там обитают кроссдрессеры–драгквины (в подавляющем большинстве гетеро), sissy — мальчики и мужчины, которые хотят чувствовать себя мальчиками, с которыми ведут себя как с девочками (тут когда как, но гетеро, думаю, больше) и всякие другие интересные розовые единороги.

Эта система уже сейчас трещит по швам. Я выше написал, что женщины бывают гетеро и лесби. На самом деле конечно больше: и би там, и пансексуалы (паничкасексуалки), и асексуалы, и все остальные, кто прячется за Q. И к каждой можно приделать цис — и транс–. Слишком много измерений пытаются уложить на одну шкалу, термины плывут, и никому от этого в результате не хорошо и не радостно. Бесконечные интернет–срачи на темы вроде «можно ли вообще считать женщинами транс–женщин» и «можно ли считать трансом человека, который даже гормоны не ест» — побочный результат.

Всех этих концепций у нашего поколения просто не было. Для нас гендер и пол — одно и то же. Сменить гендер (то есть пол) — немыслимо. Даже на время: «почувствовать себя женщиной» — главный мужской страх, чуть ли не большее табу, чем на гомо–контакты. Потому наше поколение реально, на понятийном уровне во всё это не втыкает.
Мы в своём развитии остановились на понятии «геи»: они хоть и враждебная всему святому, но отдельная группа, не мужики, а сами по себе. А вот трансов в нашем мире не бывает, это всегда «парень, который ходит в юбке и пришил себе сиськи». То есть, грубо говоря, совсем сумасшедший педик.

Для зумеров же всё чаще как раз не существует вот этого страха «почувствовать себя кем–то», и подобные ментальные выкрутасы окружающих не считаются зашкварным мыслепреступлением. Потому когда вам говорят, что поколение альфа уничтожит гендеры — это значит не «введут тотальную тоталитарную политкорректную цензуру и насядят повесточку в детские сады».

На самом деле это будет общество, в котором люди лучше понимают себя, свои потребности, свои сильные и слабые стороны, свои кинки. Умеют донести их до окружающих и услышать других в ответ. И стараются соответственно относиться друг к другу. А (биологический) мальчик там или (биологическая) девочка — какая, в сущности, разница?

Не факт, что им дадут. Не факт, что у них получится. Не факт, что избавление от «мальчик» и «девочка» в чём–то поможет. Может и правда выйдет тотальный тоталитаризм. Но лично я верю в нынешних детей. Они хорошие.

У меня в комнате три лампы: настольная, прикроватная и потолочная. Первые две — обычные энергосберегайки. Потолочная — IoT, умная лампа с алика, контролируется приложухой, можно регулировать яркость, можно менять цвет на любой из радуги, можно зарядить чтобы цвета чередовались.
Для стариков эти умные лампы — «тоже мне придумали, воткнули радио в лампочку и давай цвета менять с телефонов своих, чего там умного? Всё им неймётся, даже до лампочки обычной доебались! Когда нам были нужны цветные лампы, мы их такими и покупали, покрашенными.»

А через лет 10 все лампы будут умные и называтся будут просто — лампы. Для поколения альфа, наоборот, эти ваши нынешние лампочки Ильича будут тупыми: умеют светить только одним цветом, нужно что–то там на стене включать, паровоз какой–то с динозаврами. Их, конечно, тоже встроят в умные дома через умные розетки и выключатели, но так чисто, чтобы не выкидывать, жалко же стариков.

Тоже самое и с нашим поколением. Мы в массе своей умеем светить только одним цветом на одну яркость и считаем, что это норма, что так и должно быть. Нас встроят в умные дома, потому что стариков жалко. Мы будем ворчать «вот в наше–то время!..» и пить таблетки, чтобы не получать по жопе.

И в этом, обратите внимание, нет ничего уникального. Так было всегда, с каждым поколением. Просто молодые такими вещами ещё не интересуются, а старые уже слишком старые, чтобы рефлексировать. Но у нас ещё есть шанс если не научиться сиять всеми цветами радуги, то хотя бы понять, что так — можно.

Что так — хорошо, правильно и свободно.

(c) tako