Игра престолов, сезон 7 [обсуждение новостей, спойлеров и теорий] iii
Надеюсь,что в 7 сезоне Иные наконец заговорят, я вот даже Дидам текст предоставлю. Разговор между Джоном и КН.
КН:Рудиментарное существо из плоти и крови. Ты прикасаешься к моему разуму в невежестве и неспособности к пониманию. Есть область бытия, настолько далекая от тебя,что ты не можешь даже ее представить. Я недоступен твоему пониманию.Я , Король Ночи.
Джон:Ты лидер Иных?
КН:Иные? Этот термин придумали Дети леса, чтобы как-то назвать то,что их погубило. В конечном счете все равно,как они нас назвали. Мы-это просто мы. Вы-не что иное,как случайная генная мутация.Ваш срок жизни измеряется годами и десятилетиями. Вы слабеете и умираете. Мы же вечны. Мы-вершина эволюции и бытия. Перед нами вы-ничто.Ваша гибель неизбежна.Мы-конечная цель всего.
Джон: Против вас объединится весь Вестерос!
КН:Самоуверенность порождается невежеством.Цикл не может быть нарушен.Спираль совершила уже больше витков,чем вы способны себе представить. Цивилизации создавались и развивались. Затем, в высшей точки их славы, мы уничтожали их.Вы были не первыми. (Подразумевается,что Валирия была уничтожена Иными).
Джон: Чего вы хотите от нас?
КН:Мы за пределами вашего понимания.Каждый из нас-это нация. Независимая и свободная от всякой слабости.Вы не способны осознать природу нашего бытия.
Джон: Откуда вы появились?
КН:У нас нет начала. У нас нет конца.Мы бесконечны. Спустя миллионы лет после того,как вы будете уничтожены,мы пребудем.
Джон: Где остальные Иные?
КН:Нас-целый легион. Время нашего возвращения уже близко. Мы затмим своим множеством все ваши земли. Вы не уйдете от своего рока.
Джон:Вы всего лишь ледышки! А ледышки можно сломать!
КН:Ваши слова столь же пусты,как и ваше будущее. Я-авангард вашей гибели. Разговор окончен.
Тут КН избивает Джона, а потом прилетает Дени и его спасает.
Читать онлайн «перерождение: эффект массы» автора лерх ирина — rulit — страница 164
— Два информационных буя на белках. — Я ответил.
— Слова Владыки. — равнодушно добавил Сарен. — Он лично рассказывал мне о своих Циклах Жатвы.
Через несколько мгновений ожидания над моим предплечьем появилось большое голографическое изображение, и мощный, глубокий и бесстрастный голос лорда Назара заполнил мою кабинку:
— У нас нет начала. У нас нет конца. Мы вечны. Мы — вершина существования и эволюции. Перед нами вы — ничто. Ваша гибель неизбежна. Мы — конечная цель всего. Мы останемся на миллионы лет после того, как ваша цивилизация будет уничтожена и забыта. Высокомерие рождается из невежества. Этот цикл невозможно разорвать.
— Что такое Цикл? Стигрос нахмурился, глядя на голографическое изображение Жнеца, когда заглушил свой вопрос.
Он поднял руку и жестом попросил меня послушать его. Голос Жнеца, даже в записи, внушает страх и трепет:
В спирали уже было больше поворотов, чем вы можете себе представить. По мере развития цивилизации становятся органичными. Мы уничтожаем их на пике славы. Протеанцы не были первыми. Цитадель не была их творением. Они не строили повторители. Они нашли их только тогда, когда искали наследие моей расы. Технология, используемая вашими цивилизациями, основана на нашей, и развивается в соответствии с нашей. С нами органическая эволюция становится гораздо более упорядоченной. Вы существуете, потому что мы это позволяем. И вы умрете, когда мы потребуем этого. Нас — легион. Множество нас станет светом в небе каждой планеты. Время нашего возвращения близко. Вам не избежать гибели.
Мы получили от Назара все ответы, в которых нуждались. «Самоуверенность рождается из невежества. Действительно ли они настолько сильны? Это можно определить на Мнемозине. Кто из них самый сильный и технически продвинутый? Сможем ли мы когда-нибудь преодолеть этот древний кошмар? Вы существуете, потому что мы это разрешаем». Да. Именно так. Наше существование — результат их воли и их разрешения. Но для чего? Чего они хотят? Я сомневаюсь, что это просто наш организм. Мы могли бы пожинать плоды раньше, не дожидаясь «пика развития». «Нас легион». Их должно быть так много, что «мы затмим своим числом небо каждой планеты»? Сколько Жнецов существует на самом деле? Тысячи? Десятки тысяч? Сотни тысяч? Откуда вы знаете, победите ли вы?
Каждое слово Господа отвечает на незаданный вопрос и порождает новые. Пока еще рано делать выводы. Ответы будут в Мнемозине. Исходя из своего опыта, я понял, что выход есть ВСЕГДА. Несмотря на самые безнадежные обстоятельства, всегда есть надежда.
Повелитель произвел впечатление на всех присутствующих. Голос, слова, настроение, форма и фразы существа. Этот маленький обрывок разговора мог оказаться чрезвычайно ценным для любого, у кого есть мозги в голове, а разумные люди в этой каюте — не дураки. Увидев алую голограмму Жнеца, висящую над предплечьем Сарена, Себастьян ничуть не унывает. Да и что тут говорить? Все сказал сам Назара.
Враждебный противник меняет многое. — мягко сказал Себастьян.
Это был уже не простой повар с непростым прошлым, а аналитик военной разведки. Нахмурившись, Себастьян выпрямился в ответ на слова Инвиктуса и его колоритного заместителя. Он принял несколько решений и теперь размышлял над их последствиями. Что это было? В своих поверхностных размышлениях я заблудился. Ба. И он решил поделиться информацией? Слушайте, мы все внимательны.
Альянс не будет вести себя разумно даже при наличии такого врага. — Я ответил спокойно, слегка пожав плечами.
Себастиан гримасничает.
— Не все люди являются Альянсом. Есть и другие.
— Такие, как ты? — с иронией спросил Инвектус.
— Да. Такие, как я. — Мужчина ответил прямо. Есть много недовольных политикой, решениями и действиями правительства.
— Я полагаю, что только адмирал Хакетт может говорить за «других». — Я запустил пробный шар.
Себастьян хмуро посмотрел на меня.
— Да.
Мы заглянем к моему бывшему боссу на Арктур на обратном пути с Мнемозины. — сказал я безмятежно. — Что ты можешь сказать нам, Себастьян?
— Ничего. — он улыбнулся.
— Прекрасно. Мы будем внимательно слушать все ваши «ничего». Мы с нетерпением ждем от вас новостей.
— Прежде чем я начну свое «ничего», я хотел бы узнать, что происходит на кораблях Иерархии. — с сарказмом сказал Себастьян.
— Служат. — усмехнулся Стигрус.
Мы знали, о чем думал наш необычный повар, когда он смотрел на нас с ехидной усмешкой в своих черных глазах и со злобой в глазах.
— Себастьян. Я очень уважаю вас как хорошего человека, надежного товарища и верного друга, и мои слова не являются иронией или сарказмом, но я должен сказать вам, что мы не гадаем. Его мягкий голос заставил его вздрогнуть. — Мы можем пойти двумя путями. Я погружаюсь в ваш разум, нахожу всю необходимую нам информацию, даже те детали, которые вы забыли, а затем стираю все воспоминания как о самом процессе, так и о посещении флагмана турианского флота.
В ответ последовали обреченный взгляд и мрачное молчание.
— Судя по тому, что я уже сказал, вы принадлежите к той небольшой части населения нашего государства, которая не согласна с ним, и которую принято называть «оппозицией» или «ренегатами». — Я продолжил тем же мягким и нежным голосом. — По сути, беглецы от системы.
Себастьян в ужасе закрыл глаза. Что он пытался сделать сейчас? Рядом с менталистом? Какая чушь. Я еще не выпотрошил его, как дохлую рыбу, из чистого отношения, и он это прекрасно понимает. Но все здесь понимают, что мое хорошее отношение не остановит меня, если что-то случится.
Я полагаю, они живут далеко от территории Альянса. — сказал Инвиктус. Вряд ли вы обладаете огромными ресурсами и возможностями. Все, что вы можете сделать, это поддерживать выживание вашей колонии.
— В лучшем случае вы изгои и отступники, в худшем — государственные преступники. — Я сказал.
Угрюмый и сердитый взгляд. Перечить ему было невозможно.
— Не давите на него так сильно. Голос Сарена звучал нехарактерно приветливо, бархатисто и доброжелательно. Люди, знавшие его, могли бы подумать о побеге только из-за его интонации. Наверняка у них найдется что-нибудь полезное в обмен на взаимовыгодную сделку.
Лицо Себастьяна ожесточилось. Он уже ожесточил свое всегда добродушное лицо, а его темные, расчетливые глаза стали жесткими и безошибочными. Когда мы сидели вместе, рядом с нами сидели военный аналитик и разведчик, которые не раз разрушали жизни других людей.
— И что вы можете нам предложить? задал вопрос Себастьян, давая понять, что он не против продолжения нашей интересной беседы.
— Например, защита. — Гаррус мурлыкнул.
— Место, где можно жить. — Найлус дополнил его слова. Я бы хотел иметь удобное место, где нам не нужно будет обеспечивать основные условия жизни.
Есть только один вопрос: Что ВЫ можете предложить НАМ? — Стигрос резко и жестко отрезал.
Эмоции Себастьяна не были окрашены паникой, страхом или неуверенностью. Это была сделка, которую он заключил со своей жизнью и жизнью тех, кого он защищает, и у него не было права на ошибку. Те, кто узнал о его тайне, были готовы застрелить его или немедленно умереть. Но кто ему это позволит. Несмотря на разочарование, он все еще питает какие-то надежды и иллюзии. Отнимать их у него не хотелось.
Я встретил ироничный взгляд Сарена. Ему, как никому другому, были хорошо известны мои возможности, поскольку он уже однажды проверял их. Даже наш повар не мог дышать без моего разрешения. Мой контроль над ним полностью установлен. Я просто не показываю этого.
В каюте воцарилась напряженная тишина. Стигрос уставился на Себастьяна невидящим и безэмоциональным взглядом. Никто не торопил его с ответами. Он осознавал свое состояние, и ему дали возможность спокойно обдумать ситуацию и принять решение.
